Наследник с подвохом

Внутри все оборвалось, когда привидение облетело вокруг Мортимера и втянулось в него, как… как будто желало занять его тело? Ноги сделались ватными, когда парень резко покачнулся, упираясь руками в каменную стену. Его тело вдруг затряслось, как у припадочного, после чего он потерял равновесие и все-таки упал.

Я испугалась, что он расшибся, и бросилась приводить в чувство. О том, что увидела, старалась не думать. Может, это игра воображения? Мало ли, вдруг действительно последствия серьезного отравления сказываются?

— Мортимер! Морти! — звала его, перевернув на спину и хлопая по щекам. На лбу кузена красовалась свежая царапина, из которой текла кровь. Я вытерла ее рукавом, досадуя, что не углядела за парнем. — Очнись, пожалуйста! Ты чего вдруг удумал падать? Морт, ну, что ты, в самом деле? Пожалуйста! Если тетка Беата узнает, никогда больше со мной не отпустит. Сомневаюсь, что тебе нравится у нее жить, такую стервозину еще поискать. Хейденов и так почти не осталось! Колин вторые сутки не приходит в себя. А я…

— Кто ты? — внезапно парень распахнул глаза и просипел каким-то потусторонним голосом, пронизанным невероятной злобой. — Кто ты такая, посмевшая занять место одной из Хейденов?

От неожиданности я отпрянула, неловко завалившись на землю. Плевать на испачканное платье! Работая руками и ногами, отползла на безопасное расстояние. Такой Мортимер напугал меня до чертиков!

Да и Мортимер ли это смотрит пронизывающим взглядом? — тот дурачок, которого я вывела на прогулку, выглядел совершенно безобидно. А от этого веяло могильным холодом.

— Что ты сделала с моей праправнучкой? — кузен резким движением сел, держа спину неестественно прямо. Я инстинктивно отползла еще подальше, упираясь в стену склепа. — Пошла вон, самозванка!

Пикнуть не успела, как шею сдавили чьи-то холодные противные пальцы. Выпучив глаза, я пыталась освободиться. Вот только руки раз за разом хватались за пустоту, в то время как удушающая хватка усиливалась.

— Я… не… знаю. Как. Попала. В это. Тело, — прохрипела в ответ, тратя силы на каждое слово. — Убьешь меня — убьешь и Кармен.

Видимо, призрак и сам об этом догадался, потому что тиски ослабли. Я закашлялась, растирая измученное горло.

— Ты кто такой, вообще? — спросила, когда немного успокоилась.

— Граф Удольф Хейден, — соизволил представиться призрак, — упокоился в четыреста восемьдесят первом году от лихорадки, бушующей в наших краях. Хранитель семейного наследия Хейденов.

— Плохой из тебя хранитель, Адольф, — пробурчала, чувствуя, как накрывает отходняк. Так напугалась, что этот бестелесный дух меня прикончит, что руки-ноги заледенели. Теперь вот трясло то ли от холода, то ли на нервной почве.