( Не ) мой ребенок (СИ)

Я даже предположить такого не могла! Во-первых, у них с Дарьей Ивановной разница в возрасте лет десять минимум. Не думаю, что ему больше тридцати, а ей сорок. Во-вторых, она замужем… Причем муж такой с виду приличный, ласковый.

Не понимаю тех, кто изменяет своим мужьям, тем более если мужья хорошие, не то что мой. Зачем тогда вообще жениться, если собираешься гулять?

В то же время ловлю себя на мысли, что не жалею о том, что сделала.

Я ведь не одна вчера лишилась работы, Владимиру тоже досталось. Несмотря ни на что, мне было чертовски приятно слышать, как Дарья Ивановна на него орала. У меня прям душа радовалась.

Ну что, Мира, порадовала душу? Теперь спускайся на грешную землю…

Первым делом просматриваю новые объявления о съеме жилья. Больше не могу себе позволить мажорство в виде комнаты за двадцать пять тысяч. Сама двухкомнатная квартира, которую мы с Лялей снимаем, стоит сорок с небольшим в месяц, плюс коммуналка, вот и получилось по двадцать пять на меня и Лялю. Но это я по приезде в Москву просто не ориентировалась в ценах, а мне нужно было срочно куда-то деться.

Впрочем, я и согласилась-то на этот вариант только потому, что тут мне не надо было платить риелтору или отдавать залог. К тому же прельщал тот факт, что квартира рядом с метро.

Нахожу несколько вариантов дешевле — разлет цен от пятнадцати до двадцати тысяч плюс залог. То есть, чтобы съехать, мне надо тридцать-сорок тысяч. Пригорюниваюсь еще больше. У меня нет таких денег… И я не знаю, как мне надо извернуться, чтобы найти их за оставшиеся дни. Иначе попросту стану бездомной.

Слышу тяжелую походку Ляли в коридоре, очень скоро она появляется на кухне.

— Привет. Что случилось? — спрашивает она озабоченным голосом.

Видно, слишком у меня лицо кислое, раз Ляля решила задать такой вопрос.

— Меня выперли из кафе, — признаюсь с виноватым видом.

— Ой-ой… извини, занять не смогу, — тут же говорит она.

Усаживается на табуретку рядом, смотрит с беспокойством.

— Да я и не прошу, их же надо будет с чего-то отдавать, а мне не с чего. Переселюсь в какой-нибудь заброшенный чердак, буду соседствовать с пауками, — нервно смеюсь я.

Мы обе замолкаем, опускаем взгляды на стол, некоторое время рассматриваем розовые и фиолетовые цветочки на клеенчатой скатерти.

— Что, все так плохо? — спрашивает Ляля.

— Как-нибудь постараюсь пережить… — вздыхаю.

— У тебя со здоровьем как? — вдруг меняет тему Ляля.

— Предлагаешь попробовать продать почку? — снова нервно смеюсь.

— Тьфу на тебя! — машет рукой Ляля. — Какая почка? Попробуй сурматеринство, как я…

— Сурматеринство? — Моя бровь ползет вверх. — Так ты это не для себя ребенка… — запинаюсь на последнем слове, чувствую, как краснеют щеки.