Не мой Ромео

Я вхожу в тебя, ты стонешь. Я только об этом и мечтаю. Кажется, с прошлого раза прошел целый год!

– Придержи свой язык.

– Я как раз собираюсь пустить его в ход, Елена. Твой вкус – вот что сейчас у меня на уме. Так ты кончила в тот раз на кухне? Тебе понравилось? Понравилось мое коленопреклонение?

– Я почти ничего не помню.

Я считаю белые штрихи у нее в зрачках, заставляющие сиять ее глаза.

– Какая же ты лгунья!

– А ты меня заставь, – бормочу я, когда она подходит ко мне вплотную, прижимается ко мне.

– Я тебя заставлю, Джек. Не принуждай меня.

– Ты не можешь выбросить меня из головы, Елена.

– Кто-то должен преподать тебе урок смирения.

– Преподай, сделай милость.

От одного ее прикосновения к моей груди я издаю стон.

Она привстает на цыпочки и впивается в мои губы страстным поцелуем. Я праздную победу, стискивая ее ягодицы. Подхватив Елену на руки, я разворачиваюсь и прижимаю ее спиной к шкафчику. Она обхватывает ногами мои бедра, не отрывая губы от моих губ, ее язык безумствует у меня во рту, пылая и поджигая меня, руки месят мне плечи, каждое ее движение полно острого желания.

– Все из-за твоих накачанных рук, там, в «Милано»… – бормочет она между двумя поцелуями.

– Ты правильно сделала, что тогда ко мне подсела, – отвечаю я, припадая губами к ее шее.

– Знаешь, что самое правильное? То, что твоя специальность – это клитор.

– Знала бы ты, сколько еще фокусов припасено у меня в рукаве! – Мои губы скользят по ее шее. – Не терпится все их тебе показать.

Целуя ее, я отдаю должное ее пухлой нижней губе, потом – местечку рядом с ее ухом, заставляя ее трепетать.

– Что мы делаем?.. – слышу я ее шепот.

– Целуемся взасос. – Я запускаю пальцы ей в волосы, заставляю наклонить голову и снова проникаю своим языком ей в рот – ритмично и напористо, так же, как трахал бы ее.

– Я не подпишу твой идиотский договор о неразглашении, – предупреждает она.

– Я не взял его с собой. – Я продолжаю ее целовать, массируя коленями у нее между бедер. Елена все крепче прижимается ко мне.

– Ты намокла, детка? – Я просовываю между нами руку и проверяю сам.

Я смеюсь и усиливаю напор.

Она, вся дрожа, дергает меня за волосы, тянет к себе, чтобы продолжить целоваться.

До моего слуха доносятся голоса покидающих спортзал людей. Прижавшись лбом к ее лбу, я говорю:

– Мы торчим здесь у всех на виду. Не лучшее местечко.

Она выскальзывает из моих объятий и с вздымающейся грудью хватает меня за руку.

– Идем. Я знаю здесь каждый закуток.

Елена бежит по коридору, я за ней. Сам не знаю, зачем я это делаю, клялся же себе, что оставлю Елену в покое, буду уважать ее решение, а сам…

Она останавливается у одной из дверей и облегченно выдыхает, когда дверь оказывается незапертой. Она затаскивает меня в темную комнату, озаряемую только луной за окном.