Недотрога и негодяй

Я ее с самого начала раскусил, - сообщил врач следователю. - Да, отравление было, но легкое. Все остальное – чистой воды симуляция.

– Как вы смеете меня оскорблять? Да у меня до сих пор голова кружится и жуткая слабость.

- Ничего бы с вами не случилось, - усмехнулся доктор.

- Так я бы не умерла? – подскочила Менякина на кровати как ужаленная.

- С какой стати? Вам сделали промывание желудка. С вами все хорошо. От отвара козлокопытника максимум, что может быть, это рвота и понос. Больше ничего. По просьбе следователя мы разыграли небольшой спектакль. Мне понравилось, - признался врач.

- А что за лекарство вы мне дали сейчас? – подозрительно сощурилась Ольга.

- Обычная валерьянка. Немного успокоить нервы. Не переживайте, вашей жизни ничто не угрожает. И не угрожало.

- Сволочи… - процедила Ольга сквозь зубы. – Все сволочи… Как же я вас ненавижу, уроды! Всех, всех ненавижу!

- И меня? – спросил доктор.

- Да! – рыкнула Менякина.

- Меня-то за что? – удивился врач. – Я вам ничего плохого не сделал, только лечил.

- За компанию, - усмехнулся Марк.

- Увы, - вздохнул доктор. – Вот такая благодарность в ответ на заботу. Но я рад, что помог разоблачить симулянтку. Мне было интересно в этом участвовать. Правда всегда торжествует, кто бы что ни говорил.

Следователь отпустил нас, а сам остался снимать показания с Ольги. Мы вышли из палаты.

- Спасибо, что не оставил меня в беде, - я боялась посмотреть Марку в глаза.

- Мне это было не сложно, - он тоже глядел в сторону.

- И большое спасибо вам, Михаил Ефимович. Без вас я бы пропала.

Адвокат улыбнулся мне в ответ.

- Не за что, мне было любопытно посмотреть, что получится. Спектакль оказался интересным и поучительным.

Больница находится на окраине, до центра пешком далеко. Я направилась к остановке автобуса.

- Погоди, я подвезу тебя, - остановил меня Марк.

Сердце предательски екнуло, дыхание перехватило.

- Спасибо, - я села в автомобиль Полонского.

Ехали молча. Наверное, надо сказать Марку, что я все придумала, что в моих словах  не было ни слова правды. Но я не могла забыть, как он обнимал Ольгу. Так просто сдался. Даже не захотел поговорить со мной.

Очевидно, что-то похожее испытывал сейчас и Марк. Он тоже молчал. Не хотел ничего мне объяснять. Да и о чем говорить? Я же все видела собственными глазами.

Как понять, кто из нас прав? Мы оба допустили роковые ошибки. И теперь ничего уже не исправишь…

- Ника, я сбросил тебе на почту письмо из Москвы, - прервал тягостное молчание Полонский. – Как и обещал, за тебя замолвили словечко. Тебя приглашают на работу в Дом Моды Павла Терентьева. Тебе надо отправить им резюме. Но это скорее просто формальность. Мне пообещали, что тебя возьмут в качестве дизайнера женской одежды.

- Большое спасибо, - тихо ответила я.