Неистовый викинг

— Ту неделю, что ты провела в Норвегии?

Лидия закусила губу и кивнула.

— То-то я никак понять не могла, откуда этот жизнерадостный счастливый тон в твоих открытках. Ты казалась такой восторженной, какой я тебя с шестнадцати лет и не помню.

— Это была всего одна неделя, — повторила Лидия.

— И теперь ты не можешь его забыть.

— Не могу, — жалобно произнесла девушка.

— А почему ты решила, что он тебя забыл?

— Думаю, вам нужно поговорить начистоту. В конце концов, что ты теряешь?

— Значит, есть за что бороться. — Полли немного помолчала и добавила: — Слушай, когда я брала у тебя набор открыток на прошлой неделе, то увидела на столе портрет.

Уж прости, но я не удержалась и рассмотрела его. И ответственно заявляю: это лучшее из всего, что ты рисовала до сих пор.

Комплимент нисколько не развеселил Лидию. Она лишь пожала плечами и пояснила:

— Я обещала его деду и бабушке, что пришлю им его портрет.

— Ты с ними знакома? — удивилась Полли.

— Ну да, мы останавливались в городе недалеко от них. Он не мог не навестить их.

— И взял тебя с собой?

— Взял. И представил как коллегу.

— А ты как себе это представляла? Что он скажет: «Привет, бабуля, а вот моя любовница»? — Полли убрала прядь волос со лба крестницы и спросила: — Он в хороших отношениях с семьей?

— Он не стал бы их знакомить с кем попало, даже просто с коллегой.

Потому что они непременно начнут его о тебе выспрашивать, и он это знал. То, что он вас познакомил, — неспроста.

— Но мои родители никогда меня ни о ком не расспрашивали.

— Потому что твои родители — эмоционально ущербные люди, — отрезала Полли, — в нормальных семьях все друг о друге выпытывают интересные подробности. Когда они получат портрет?

— Мастер из багетной мастерской в Тронхейме сказал, что к концу недели.

— Помяни мое слово: как только они увидят рисунок, тут же позвонят твоему ненаглядному, а он — тебе.

— А если нет… Тогда позвони сама. — С этими словами Полли обняла Лидию.

— Бабуля, ну не можешь же ты всю ночь просидеть у кровати дедушки.

— А вдруг что случится…

— Тогда дежурный позвонит мне на мобильный, и мы сразу приедем. От нас до больницы всего пятнадцать минут. Тебе лучше отдохнуть дома, и дедушке так будет спокойней, он переживает за тебя. А ведь сейчас главное для него — покой, разве не так?

— Я понимаю, что ты прав, Джейкоб.

 — Астрид позволила внуку обнять себя. — Он должен выкарабкаться. Не представляю, как я смогу жить без него.

— Ну конечно, он выкарабкается, — уверил ее Джейк, — да весной он уже снова начнет разбрасывать детали двигателя от лодки по всей кухне, а ты снова будешь сердиться на него, как обычно.

Вернувшись домой, и убедившись, что Астрид легла отдыхать, Джейк обзвонил всех родственников и сообщил новости о Пере. Покончив с делами, сел и задумался.