Осколки разбитых иллюзий (СИ)

— Отец был хорошим, справедливым человеком и работодателем. Должно быть, она допустила какую-то серьезную ошибку. Что произошло, что вы решились отомстить ему?

Готова прикусить себе язык. Осознаю, что сказала то, что не должна была. Взгляд Адэма прожигает кожу. Он молчаливо велит мне заткнуться. Я не смотрю на мужчину, но получаю предупреждающие импульсы, исходящие от него.

— Я помню, ваше имя фигурировало в уголовном деле пятнадцать лет назад, — увожу свои обвинения, соотнося их к прошлому.

Притворяюсь, что ухожу в воспоминания:

— Тогда было совершено покушение на отца.

Я была подростком, но запомнила этот факт. Конечно, ничего доказать не смогли. Но сами знаете, не просто же так на вас пали подозрения. Ни для кого не секрет, что вы постоянно конкурируете с нами, часто используете не самые добросовестные методы при этом. Вы можете открыто заявить, какие у вас были разногласия с моим отцом? Я уже поняла, что это связано с вашей сестрой. Что именно произошло?

Мартынов молчит. Я вижу, как он переваривает слова, сказанные мной. Кажется, он не ожидал такой прямолинейности от меня.

Бросаю быстрый взгляд на Адэма и моментально жалею, что сделала это.

Он сжимает в руках металлическую ручку так, что она вполне может сломаться. По лицу видно, что взрывается от злости и готов убить меня одним лишь взглядом.

— Хорошим человеком… — начинает, усмехаясь Мартынов. — Как уверенно вы говорите это, моя дорогая.

Его манера разговаривать в неформальной форме, так будто уже знаком с человеком долгие годы, крайне раздражает.

— Хорошо ли вы знали своего отца? Знаете, у вас не его темперамент. Мураз был сдержанным человеком. А вы прямая, импульсивная. Говорите, что думаете, руководствуетесь чувствами, а не рассудком.

Мне очень хорошо это знакомо. Анна когда-то была такой же. Сначала сделает, скажет, только потом думает, — он улыбается своим воспоминаниям о сестре.

Говорит о черте её характера в прошлом времени, можно предположить, что женщина сейчас не такая. Я впиваюсь в него недовольным взглядом. С чего этот человек взял, что знает меня настолько, чтобы рассуждать о том, какая я. Почему сравнивает со своей сестрой?

— Леонид, я думаю вы переходите черту, — сквозь зубы, жёстко оседает его Адэм. — Мураза с нами больше нет.

Мы не позволим порочить его имя. Он действительно был хорошим и справедливым человеком.

— Упаси меня Господь, — уводит взгляд на Адэма. — Просто ваша супруга с такой уверенностью утверждает, что её отец был хорошим человеком. Что значит «хороший человек» в вашем понимании, Адэм?

Задавая вопрос, он откидывается на стуле, смотрит на нас поочередно.

— Ведь это понятие такое призрачное. Ты можешь быть героем и спасителем — для одного, и палачом — для другого."

"Замолкает, его глаза светятся.