Нелюди Великой реки. Полуэльф

Их становилось все меньше и меньше, хотя охота на них лет сорок как была запрещена княжеским указом, а за варежки из шерсти манула грозила каторга или такой штраф, что только держись. И вот Тимохин, тогда еще штабс-капитан ярославской армии, устроил в своем родовом поместье настоящий заповедник для этих милых животных, отведя для их проживания огромную территорию — больше пятисот гектаров. Вроде бы такой был его подарок молодой жене, тоже любительнице кошек. На правом берегу, понятно, никто бы не дал ему так развернуться, а вот на левом — пожалуйста! Плати небольшой налог и делай что хочешь в рамках закона! Так как манулы ни за что не хотели общаться с людьми, Тимохин пригласил на должность смотрителей семейство эльфа Кемменамендура, придурковатого, по мнению своих собратьев, и чрезвычайно разумного, по моему собственному суждению.

Дело пошло, Тимохин не скупился на плату охотникам, отгоняющим нечисть от любимых котиков, показателем было и то, что ярославский князь именным указом даже ввел изображение манула в личный герб Тимохина, а эльфа-лесничего сделал почетным гражданином Ярославля.

Котенок манула вошел даже в перечень особо ценных даров, которыми возможно было почтить особ княжеских кровей.

Отлично! Для меня это значит прежде всего то, что часть дороги, по которой я поеду, прикрывают охотники, служащие Тимохина, из бывших его солдат, сам эльф и его семейство, дружное и немаленькое, что для «элдаров» нетипично. И понятно, почему хуторянин такой спокойный: у бывшего полковника с охраной объекта все в порядке, подходы тоже контролируются, а значит, соседям достается халявный «кусочек» безопасности.

Но все равно — как-то слишком беспечен хуторянин…

Но вот за автомобиль Кемменамендур мне уши, может, и не надерет, а на ночлег точно не пустит: его нелюбовь к «прогрессивным» видам транспорта вошла в поговорку. Лошадь нужна, потому что вариант «на своих двоих» — хуже не в пример.

Моим залогом за лошадку должен был выступать вездеходик Ивана Сергеевича. Договорился. Хозяин себя не обманул. Животине, которую он мне впарил, было лет десять, и в целом она была полна сил. Сил, хитрости и желания кусаться.

Я чудом спас свою голень от ее зубов сразу после того, как забрался в седло, и только тогда остолбенело глядевший на меня хозяин лошади вспомнил об этой ее милой особенности.

Вот зачем ей моя нога, если только что ради знакомства я угостил ее прекрасной сочной морковкой?

У-у, волчья сыть, травяной мешок, пошла-а! Для конного похода я был снаряжен не очень хорошо, но что делать?

Направление движения определить было легко, дорога в сторону кошек и котов Кемменамендура была видна довольно ясно — не заросла, значит, пользуются.