Нелюди Великой реки. Полуэльф

Ну, первых в Гуляйполе я и не ожидал встретить. — У нас как раз маленький завалялся!

Я чуть не расхохотался ему в лицо. Мешок с «правдолюбом» за собой таскают! Зато понятен статус этой банды: вирники, наверняка ездят по баронствам виры собирать да долги выколачивать. А чтобы курицу, несущую золотые яйца, не убить, — это с одной стороны, и чтобы у курочки крылья, как у орла, не выросли, — это с другой, камень с собою возят. Килограммов шестьдесят булыжник, оружие, понимаешь, пролетариата! Камешек этот — гордость гномов: если на нем руку держать, на правду и ложь реагирует. Правду пропускает, а если лгать — так можно руки лишиться: сожжет руку! Что ж, проверим, «правдолюб» против кровавого смарагда, экспериментальным путем, как сказал бы Рино, маг маркиза Арсайлского Конкруда. Еще надо попробовать приспособить древнюю легенду к современности — адаптировать, так сказать, для широкой публики и предстать в ненавистной для меня роли популяризатора. Кто там может убить короля Ангмара? Нет, кто там не может убить короля Ангмара? Ближе к тексту, как говорили на экзаменах в Академии…

После того как я поместил ладонь на поверхность «правдолюба» и, пытаясь сохранить серьезность, заверил бандитов, что победить короля Ангмара может женщина, переодетая мужчиной, и похожая на кролика нелюдь с волосатыми ногами, живущая в норах, главарь осторожно поинтересовался — кто именно может носить титул короля Ангмара. Пришлось ответить, что это уже другой секрет, и вексель нужно вернуть…

Уходя из кабака с векселем в кармане, я навострил уши, пытаясь различить среди обычного кабацкого гама щелчок взводимого курка. Только дурачки, оказавшиеся в Гуляйполе впервые, пуская слюни от предвкушения сладости всех запретных плодов сразу, могут поверить в надпись, венчающую каждый вход каждого из «заведений» города. Что-то там про вину того, кто первым оружие достанет… Врите больше! Виноват всегда тот, кто для местной тусовки — чужак! Он и ляжет с дырой в затылке, в случае чего. Поэтому я кольцо из гранаты вытянул и саму гранату зажал в кулаке, чтобы в случае чего принцип «мертвой руки» сработал. Щелчка от курка револьвера я не услышал, но обсуждали мою особу бурно. Особенно неистовствовал «хохол». Он прямо заявил, что отдавать мне вексель не надо было, и что лапшу на уши я навесил качественно. Главарь резонно ответил ему, что «правдолюб» обмануть невозможно, и предложил учесть три фактора: поле Беренсона на векселе, гранату в моем кармане и кисет, откуда был взят «черный всадник».