Неподобающая Мара Дайер

Кто-то кашлянул слева от меня; я повернула голову и увидела, что перед нами сел бледный худой человек в белом балахоне, в белых шлепанцах и в белой треугольной шапочке. Мы с Ноем переглянулись. Остальные посетители были одеты по-обычному — приземистая женщина с короткими вьющимися светлыми волосами в джинсовых шортах обмахивалась брошюркой. Два очень похожих друг на друга мужчины средних лет с усами сидели рядом в дальнем конце комнаты и шептались. Они носили джинсы.

Тут на возвышение взошел оратор и представился. Я удивилась, увидев, что он носит накрахмаленный костюм, ведь он вроде бы должен был быть жрецом. Только не знала, жрецом какого именно культа.

Мистер Лукуми привел в порядок свои бумаги, широко улыбнулся и обвел взглядом немногих собравшихся. Потом наши взгляды встретились. Его глаза широко раскрылись от изумления.

Я обернулась — не привлек ли его внимание кто-нибудь позади меня, но там никого не было.

Мистер Лукуми откашлялся, но, когда заговорил, голос его дрожал.

Я вела себя как параноик. Параноик, параноик, параноик. И как дура. Я сосредоточилась на лекции и Ное, который проявлял преувеличенный интерес к тому, что говорилось. Не знаю, чего я ожидала, но не того, что мистер Лукуми будет обсуждать мистические свойства свечей и бус.

Ной уморил меня, притворившись, будто внимательно слушает, кивая и бормоча в самые неподходящие моменты. Во время семинара мы передавали друг другу купленный им кубинский сандвич, и один раз я чуть не подавилась — так усердно старалась не хихикать. После ужасной минувшей недели я получала-таки то, в чем так нуждалась и что так заслужила, — веселье.

Когда разговоры закончились, Ной отошел поболтать с мистером Лукуми, в то время как остальные немногочисленные слушатели постепенно покидали помещение. Я отправилась на разведку.

В комнате было всего одно маленькое окошко, частично закрытое полкой. Перелившийся через край дождевой поток булькал в водостоке — доносящиеся через стеклянный барьер звуки напоминали приглушенное журчание фонтана. Я разглядывала ярлычки на дюжине стоявших передо мной крошечных бутылочек и кувшинчиков с травами и жидкостями: «Мистическая ванная», «Восстановление любовной жизни», «Удача», «Замешательство».

Замешательство. Я потянулась, чтобы исследовать бутылочку, и в этот миг позади раздался пронзительный звук. Я круто обернулась, сбросив при этом с полки свечу. Свеча упала, словно в замедленной съемке, ударилась о половую плитку, и ее оболочка рассыпалась на тысячу маленьких алмазных осколков. Ной и мистер Лукуми повернулись в мою сторону как раз тогда, когда маленький серебряный колпачок с колокольчиками перевернулся.

Глаза мистера Лукуми быстро взглянули на колпачок, потом на меня.