Неподобающая Мара Дайер

— Почему ты нам не рассказал? — спросила я отца.

Потом взглянула на Даниэля, гадая, почему он такой молчаливый. Он избегал моего взгляда. А! Не рассказали только мне.

— Мы не хотели, чтобы ты об этом беспокоилась. После того как… Но сейчас становится горячо, и я думаю, что случилось, то к лучшему. Помнишь моего друга Натана Голда?

— Когда выяснилось, что мы переезжаем, он попросил меня взять ради него это дело. В течение ближайшей пары недель я собираюсь дать несколько пресс-конференций. Не знаю, откуда у них мой здешний адрес… Я должен был велеть Глории выслать документ о замене одного адвоката другим прежде, чем все просочилось.

Отец рассказывал все это по большей части самому себе. И это было нормально, но мне ненавистно было то, что они обращались со мной, как с каким-то хрупким, деликатным существом. И давайте будем честными: наверное, это были не «они». Я не сомневалась, что мама (как мой неофициальный лечащий психолог) отвечала за то, какая информация до меня доходит, а какая — нет.

Я повернулась к ней:

— Ты могла бы мне рассказать, знаешь ли.

Она молча скрылась за дверцей холодильника. Я все равно продолжала, обращаясь к ней:

— Я скучаю по друзьям и… Да, ужасно, что та девочка погибла, но это не имеет никакого отношения к случившемуся с Рэчел. Ты не должна держать меня в неведении о такого рода вещах. Я не понимаю, почему ты обращаешься со мной так, будто мне два года от роду.

— Джозеф, ступай делать домашнюю работу, — сказала мать.

Мой брат как раз потихоньку ретировался из кухни и к тому времени, как произнесли его имя, почти добрался до джойстика.

— Но завтра в школе нет занятий.

— Тогда иди в свою комнату.

— Что я такого сделал? — заныл он.

— Ничего, мне просто нужно минутку поговорить с твоей сестрой.

— Мама, — вмешался Даниэль.

— Не сейчас, Даниэль.

— Знаешь что, мама? Поговори с Даниэлем, — заявила я. — А мне больше нечего сказать.

Мама молчала. Она выглядела усталой; красивой, как обычно, но усталой. Свет лампы окружал ее волосы гало.

После паузы Даниэль начал снова:

— Так вот, сегодня вечером будет вечеринка, и…

— Ты можешь пойти, — ответила мама.

— Спасибо. Я думал взять с собой Мару.

Мать повернулась ко мне спиной и переключила все внимание на Даниэля. Тот встретился со мной глазами поверх ее плеча и пожал плечами, словно говоря: «Это самое меньшее, что я могу для тебя сделать».

Поколебавшись, мама сказала:

— Ночные гулянья… А наутро в школу.

Конечно, это беспокоило ее лишь тогда, когда речь шла обо мне.

— Завтра занятий нет, — ответил Даниэль.

— Где будет вечеринка?

— И ты собираешься все время быть там?

— Да. Я не оставлю ее одну.

Мама повернулась к отцу.

— Я совершенно не возражаю, — сказал папа.

Мама внимательно посмотрела на меня.