Обманутые надежды, или Чего не прощает любовь (Женщина в клетке, или Так продолжаться не может)

– Дед, где ты таких слов набрался?

– Я в город иногда езжу. С людьми общаюсь.

– С какими же это ты людьми общаешься?

– С разными, – ответил дед. – А иностранцы и в самом деле сплошной порожняк. За них никто не даёт и копейки. От них одни неприятности, да и только.

– Да ты на эти неприятности сам нарываешься.

– Тома, я тебе клянусь. К чужому никогда не притронусь. Мне чужого и даром не нужно. Ты попробуешь это Вале внушить?

– Да невыгодно Валентине тебя закладывать. Поверим тебе на слово. Только и ты смотри, сам никому не рассказывай, что ты Жана к себе перетащил, а затем мы приехали и его у тебя забрали.

– Я могила, – сразу заверил меня Матвей. – Я вам с Валей всю жизнь благодарен буду. Можете приходить ко мне, когда вам вздумается, и пить самогонки сколько хотите. Можете картошки у меня на зиму взять. Я вам накопаю сколько надо. Капусты, перца. Что увидите на моём огороде, то ваше. Всё берите. Мой огород теперь ваш огород.

– Да прекрати ты. – Я посмотрела на часы и забеспокоилась: – Что-то Валентины нет так долго. Не нравится мне всё это.

– Может, двигатель не заводится? – сразу выдвинул свою гипотезу дед.

– Да всё нормально было с двигателем.

– Может, аккумулятор сел?

– Лето на дворе. Как он может сесть?

– Всякое бывает. Давай я схожу посмотрю? – Услужливый Матвей горел желанием оказать мне хоть какую помощь.

– Нет уж. Я сама схожу, – задумчиво произнесла я и посмотрела на задремавшего Жана.

– Это его самогонка повалила, – объяснил мне Матвей.

– Вот и хорошо. Пусть поспит в нормальных условиях. Он столько всего натерпелся. Я пойду посмотрю, почему Валя не едет. Оставляю Жана здесь. Смотри, не сделай ничего лишнего.

– Да я вообще буду сидеть без движений, положив руки на колени, – заверил меня Матвей.

– Смотри мне, – на всякий случай пригрозила я ему пальцем. – Я скоро приду.

Встав с дивана, я дошла уже почти до самого выхода, затем остановилась и позвала деда.

– Тома, а хочешь я сам схожу? – ещё раз предложил мне он.

– Нет. Я хотела, чтобы ты дал мне своё ружьё.

– На всякий случай. Не нравится мне, что Валентины так долго нет. Да не смотри ты на меня так. Не буду я никого убивать! Твое ружьё мне всего лишь для страховки нужно.

– Ну если только для страховки. Дед протянул мне ружьё и заботливо меня перекрестил. Я бросила взгляд в комнату, где лежал Жан, и, скрывая слёзы, произнесла:

– Дед, слушай меня внимательно. Если я не вернусь…

– Как это? – на полуслове перебил меня дед.

– Я же попросила слушать меня внимательно.

Если я не вернусь, то ты должен мне поклясться, что француза в Париж отправишь. Слышишь, в Париж?!

– Да, в сам Париж! Не в подвал, а в Париж!

– Да не кричи ты так. Всё я понял.

– Ты, случайно, ничего не перепутаешь?

– Да не перепутаю я. Не перепутаю.