Обычная история

— Меня девушка ждет, — качает головой Свин.

— Какая девушка, отдохнул бы ты, — тяжело опираясь на стол, выбирается из-за стола Миха.

— И как ты покрыться прыщами от недотраха? — толкает Миху в бок.

— Какими еще, блядь, прыщами?

На автомате приглядываюсь к Стрельникову внимательней. Делаю ярче свет, приглушенный для комфортной работы.

— Миш, да у тебя температура! — удивляется Таша, потрогав Михин лоб. — Ты как печка горячий. Ну-ка сядь… Толь, у нас где-то была аптечка. Найди, пожалуйста, градусник.

— Так-то это больше похоже на сыпь. А еще где-то есть? Давай глянем.

— Миш, расстегни рубашку. Градусник надо поставить.

Через минуту выясняется, что сыпь покрывает Миху с ног до головы, а его температура уверенно перевалила за сорок. Чертыхаясь про себя на чем свет стоит, звоню в санчасть. Врачи уже разошлись, но всегда есть дежурный. Будем надеяться, что он разбирается в кожных болезнях.

— Колись, шеф, ты куда свой хрен совал? — угорает Тай. — Что за триппер?

— Саша! Заткнись, — одергивает сына Таша.

— А что? Вдруг он заразный?

— За базаром следи, — с трудом фокусируется на лице молодого Стрельников. И чем дольше я на него смотрю, тем меньше мне это все нравится.

— Да где этот блядский врач?!

— Я здесь! — невозмутимо заявляет сухонький мужичок, заходя в наш опенспейс. — На что жалуемся?

Диагноз «ветряная оспа» становится шоком для всех. Наверное, потому что это что-то из детства, и взрослые ею практически никогда не болеют. К тому же непонятно, где вообще Миха мог подхватить эту заразу. И кого еще она выкосит из наших так не вовремя. Твою мать! А что если вообще карантин объявят?

Оформляем бедного Миху в лазарет. И первым делом выясняю, что дальше. Оказывается, ничего. У взрослых к ветрянке обычно имеется стойкий иммунитет. И никакой карантин нам не страшен. Выдыхаю. В кармане опять звонит телефон:

— Лясь, ну я же сказал — у меня форс-мажор.

— У тебя всегда форс-мажор, Таир. А я готовилась… Ужин. Свечи. Белье… — всхлипывает. Задерживаю на секунду дыхание. Возвращаю себе пошатнувшееся равновесие. Моя женщина старалась, приехала, я это ценю, а потому:

— Молодец, Лясь, — улыбаюсь. — Минут через пятнадцать буду дома. Дождешься?

— Умница моя. Я скоро.

Если быстрым шагом, даже быстрее получается. Заглянув к Ками и убедившись, что та спит, иду в ванную. Становлюсь под душ. Хочется постоять подольше, но испытывать терпение Ляськи и дальше было бы свинством. Обмотав бедра полотенцем, тащусь в спальню. На разгон нет сил. На самом деле ни на что нет сил. Но белье, да… Еда, свечи. Ляська обожает всю эту прелюдию и вообще не понимает, что иногда тупо хочется по-быстрому перепихнуться, чтобы сбросить скопившееся напряжение. Нет, иной раз под настроение и мне заходит эта возня, но сегодня определенно не тот день.