Офсайд

А он удовлетворенно изучал ее вид сзади.

– И все-таки ты не профи, – вздохнул он, когда Лекси повернулась и неуверенно присела на бортик ванной в открытой душевой кабинке. Больше всего она боялась, что он захочет продолжить, когда наболтается вволю. – Как Пол умудрился тебя выбрать? – размышлял вслух Джейсон, разглядывая ее небольшую упругую грудь, покрасневшие коленки и тонкие щиколотки. – Нет, без обид. Ты красивая, но… Пол ошибся на этот раз, хотя до этого осечек не было. Я обычно сам отбираю девушек, но сейчас у меня серия игр, и я попросил отца, как человека, знающего все обо мне. И когда он сказал, что нашел идеальный вариант, я был уверен, что так и есть. А в итоге… – он тяжело вздохнул. – Минет на троечку, и то со второго раза. Зажатая, несдержанная, неуправляемая. Ты и сейчас на меня смотришь и мечтаешь кастрировать. – Он смеется, подмигивая оцепеневшей Александре. Сейчас он ведет себя, как обычный парень, который болтает в баре с девушкой, но вот тема… явно нездоровая. – Здесь должна быть девушка, которая понимает, что мне нужно. А ты не готова. Я не хочу никого учить. Мне это на хрен не сдалось. Десять часов в день у меня тренировки. Это чертовски сложно. И когда я приезжаю домой и хочу снять стресс, мне не нужна забитая малолетка, которой необходимо каждый раз вбивать, что и как я хочу. Я нанимал девушек, которые разделяли мои взгляды. Иногда я перегибал палку, но подарки всегда возвращали им хорошее настроение. Не поверишь, но многие из них мечтают вернуться сюда. Это, как наркотик, дорогая Александра. Научишься принимать его, и уже не слезть.

Лекси слушала его и понимала: каждое слово Джейсона – еще одна умелая манипуляция над ее сознанием. Стадия запугивания пройдена, и когда она уяснила урок, Джейсон пытается объяснить ей, что модель подобных отношений садист-жертва нормальна, и в этом ничего зазорного нет, многим это нравится, а она неправильная и зажатая ханжа должна принять это, как истину. Смысл предельно понятен. Только вот она далеко не дура.

– Ты уж постарайся не разочаровать меня, дорогая Александра, – напоследок произносит он, вставая на ноги. И медленно уходит. Девушка провожает ненавидящим взглядом его подтянутую задницу, забыв, что он видит отражение ее лица во всех зеркалах, и выражение глаз тоже.

– Сегодня тебе оставят свет, принесут ужин и полотенца. Я умею быть благодарным, – не оборачиваясь сообщает Джейсон и выходит, запирая за собой дверь.

И после его ухода свет не гаснет. А через полчаса ей приносят чистый комплект постельного белья и банное полотенце. Позже – обещанный ужин.

Александра не прикасается к еде. И дело не в том, что она хочет продемонстрировать свое несогласие с нахождением здесь. После пережитого стресса ее организм отказывается принимать пищу.