Огневица

На миг трое бродяжников ослепли. А когда зрение вернулось, то вокруг шеи каждого из них тихо шипело и потрескивало кольцо черного огня.

– Пошевелитесь – и останетесь без головы, – тихо предупредил нападающий.

– Советую послушать доброго слова, – поддержал его второй голос, и Даромир скрипнул зубами, опознав в вынырнувшем из леса человеке Казимира Кожемяку. Дураков проверять, правду ли сказал незнакомец, не нашлось. Троица замерла, ненавидящим взглядом провожая мужчину, неторопливо шествующего по их маленькой стоянке. Тот поднял сук, поворошил угли в костре.

Казимир прошелся дальше, присел рядом с пожитками бродяжников. Поддел завязки одного из мешков, заглянул внутрь. Пошарил там рукой – Бояна зашипела лесной кошкой – вытащил несколько пучков трав. Понюхал, хмыкнул и закинул все обратно. Так же небрежно осмотрел другие мешки. Храбр дернулся было, не в силах смотреть, как спокойно Кожемяка копается в их вещах, но кольцо вокруг его шеи тут же сжалось и сердито затрещало.

– Не советую, – спокойно бросил незнакомец, не повернув головы. Казимир как раз копался в мешке Даромира. Поначалу столь же небрежно, как в вещах Храбра и Бояны, но вдруг его лицо изменилось, сделавшись хищным и любопытным.

Кожемяка сунул руку в мешок и достал оттуда сверток. Развернул яркую тряпку и высыпал на ладонь несколько височных колец и серебряных браслетов.

– Ты же сказал, что ничего не взял у своей Кажены! – зашипела Бояна уже на Даромира.

– Это на память! – оскорбленно отозвался тот. – Кажена сама дала!

– Еще скажи, с радостью!

– Конечно! Как же иначе. Радость я еще как умею доставлять, клянусь Алте-Анкх! – подбоченился Даромир. Бояна стиснула рукоять кинжала, примериваясь, не пырнуть ли дружка, но тут ее собственное кольцо тьмы чуть сжалось, пригасив гнев девушки.

– Ага, вот вы где… – Казимир тщательно пересчитал все браслеты, шевеля губами, словно повторял счет вслух для верности. Ссыпал в поясной кошель все, кроме одного. Пробежался пальцами по узорам, а потом натянул его на собственную ручищу. Даромир удивленно изогнул бровь: браслет казался женским, маленьким и аккуратным, но без труда налез на широкое запястье Казимира.

Незнакомец, сидящий у костра, поднял руки и медленно скинул капюшон.

Пламя скользнуло по черным волосам, высветив их красным. Когда мужчина повернулся, Бояна невольно распахнула глаза и быстро глянула на Даромира. Тот терпеть не мог, когда рядом оказывался кто-то красивее его. А этот зеленоглазый легко мог заткнуть шехха за пояс. И это при том, что выглядел он старше весен на десять.

– Ну что, залетные, – изогнул четко очерченные губы чародей. – Зовите своего вожака. Толковать будем.

– Отпусти их, – негромко прозвучало с другого конца поляны.