Огневица

– Это ж насколько меньше мороки у тебя теперь с купаньем будет! – прогудел оборотень, и Итрида слабо дернула уголком губ в намеке на улыбку.

– А если руку обожжешь, и ее отпилишь? – ехидно поинтересовался Болотник, но ему никто не ответил.

Друзья делились с Итридой молчаливой поддержкой и теплом. Чужим в их кругу места не было.

После недолгих блужданий по лесу Марий вывел бродяжников к охотничьей заимке. Он первым вошел в потемневшую от времени избушку, приказав остальным ждать на улице. Итрида висела на плече Даромира, невольно вспоминая, как еще недавно она сама так же придерживала Бояну.

Казалось, что это было много весен назад, а прошло от силы седмицы три…

Марий вышел на крыльцо и махнул рукой. В доме было чисто – ни хозяев, ни навьих тварей, ни иной нечисти.

– И что мне с вами делать?

Бродяжники расположились кто где. Даромир по обыкновению уселся возле огня, который Болотник затеплил в грубо сложенном из камней очаге. Бояна замерла у окна, высматривая нежданных гостей вроде охотников или преследователей из волости, которую они спешно покидали, пока селяне не очнулись и не сообразили, что их куда больше, чем четверо бродяжников и один дейвас.

Итрида ссутулилась на лавке, то и дело бездумно проводя руками по обрезанным волосам и касаясь амулета в виде ухмыляющейся волчьей головы. Храбр готовил похлебку из подстреленного Бояной зайца: в заимке сыскался хоть и грязный, но целый чугунок, который хозяйственный оборотень оттер до блеска песком из протекающего неподалеку ручья.

Марий сидел напротив Итриды. Он положил на колени меч и водил точилом по лезвию, глядя только на клинок. Следом за куском камня с черного металла срывались темно-рыжие искры.

Итрида наблюдала за ними с равнодушным любопытством: подожгут избу или нет? От оружия огненного колдуна всего можно было ожидать.

– Дайте угадаю, пан Болотник. Дать идти своей дорогой? А может, указать путь к рудознатцам и убраться восвояси? – Бояна расплела скрещенные руки и повернулась к дейвасу. Она смотрела на колдуна зло и прямо, словно ничуть не боялась ни его силы, ни его репутации. Или же ее страх пересиливало нечто иное.

– Ты винишь меня в бедах своей подруги? – спокойно спросил Марий, не поднимая головы.

Бояна смутилась и закусила губу, но тут же снова подалась вперед.

– Все наши беды начались, когда явились вы! Всю душу Итриде уже измотали! Вот оттого и ее огонь все чаще берет силу…

Марий наконец прекратил натачивать меч и в упор взглянул на Бояну. В сумраке охотничьей заимки его глаза светились, как у кота.

– Если бы меня не было рядом, – тихо проговорил он, выделяя голосом каждое слово – твоя подруга давно бы уже сожгла себя, вас и еще несколько волостей, полных живых людей, в придачу.