Огневица

Потом повернулся к Итриде и криво улыбнулся ей:

– Кажется, это будет лучший способ держать тебя на виду. Мне нужно узнать, откуда ты взяла огонь. А ловить тебя по всему Беловодью и выбивать знания силой – это не по мне.

Прежде, чем Итрида успела ответить, Марий договорил:

– Если бы ты не цеплялась за своих бродяжников как наседка за цыплят, мы добрались бы быстрее. Поэтому давай заключим договор. Я помогаю тебе совладать с огнем и делаю для этого все, что в моих силах. Взамен твои друзья останутся в Орлином Гнезде, у рудознатцев. Там безопасно настолько, насколько вообще может быть.

Им предоставят кров и свободу передвижений. Быть может, они и сами не захотят уходить.

Итрида медленно подняла голову и выпрямила спину, обводя взглядом бродяжников. Храбр прикусил щеку изнутри, ловя ее взгляд. Огневица едва заметно качнула ресницами. Бояна крепко сжала правой рукой левое плечо. Даромир подбросил кинжал в воздух и поймал его за острие. Итак, двое за, один против.

– Если у рудознатцев будет покойно, значит, вы останетесь там, – твердо, как еще недавно Марий, проговорила Итрида.

С каждым новым словом в нее словно возвращалась жизнь, расправляя плечи и наполняя мрачным блеском черные глаза. Даромир принялся было возражать, но Итрида подняла руку ладонью к шехху:

– Пожалуйста, Дар. Ты сам видел, что со мной творится. Я не хочу, чтобы кто-то из вас сгиб из-за моей проклятой силы. Пан Болотник до сих пор нас не подводил, хоть язык у него и ядовитый, что твое жало.

Марий хмыкнул, но Итрида продолжила, не обратив на него внимания.

– Вы же все мечтали об этом. Бросить тракт и воровство, больше не бежать от прошлого… Может, это ваш – наш – шанс? Может, другого и не представится?

Бродяжники переглянулись.

Шехх упрямо сжал губы и отвернулся, стиснув зубы так сильно, что под смуглой кожей загуляли желваки. Бояна выглядела растерянной, и только Храбр задумчиво расчесывал пальцами бороду, искоса поглядывая на Бояну.

Итрида глубоко вздохнула и кивнула дейвасу:

– Они согласны, пан Болотник. Ведите нас к Моховым горам.

– Марий, Итрида. Просто Марий.

Итрида ответила огненному колдуну долгим взглядом. Тишину, повисшую в охотничьей избе, можно было резать ножом.

– Марий, – наконец выдохнула Огневица. Дейвас довольно улыбнулся, делая вид, что не заметил ни удивленных взглядов Бояны и Храбра, ни испепеляющего – Даромира, ни отголоска странного волнения, скользнувшего по его собственному телу.

Итрида проснулась от качки.

Приподняла ресницы, но тут же сморщилась и закрылась рукой от чересчур яркого солнца. Ее шею щекотали колючие остюжки сена; над головой витала пыль, сверкающая золотом в желтых, как расплавленное масло, лучах.