Олимпиец

Сомневаюсь, что он простой учитель, если способен настолько легко угрожать по сути будущим правителям этой страны.

— Отлично, — удовлетворенный тишиной, кивнул директор. — Тогда желаю вам приятно провести день и жду вас завтра на уроках. — Он бросил на меня насмешливый взгляд. — И попрошу не опаздывать.

— Мужик, — подбежал ко мней Элай, как только народ начал расходиться. — Я знал, что ты поехавший, но…

— Все потом, — я остановил его галдеж в зародыше и завертелся на месте. — Где Мина?

— Мина? — тормознул брат и сам принялся крутить башкой по сторонам. — Разве она не с тобой только что была?

— Вот именно, — удивленно кивнул я. — И куда она делась? Я хотел с ней поговорить.

Черта с два. Ни следа. Даже рюкзачок и то пропал.

— Ладно. Не волнуйся, — хлопнул меня по спине друг. — После слов директора ей ничего не грозит. Завтра поговоришь. Погнали, Тайгер нас уже ждет небось.

— Если она вообще завтра придет, — пробормотал я, но послушавшись совета Элая, пошел за ним на стоянку.

Парень оказался прав. Лимузин был уже подготовлен, а даймон с неизменным каменным лицом уже держал для нас открытую дверь.

— Все в порядке, господа? — вежливо поинтересовался он. — Как прошел первый день?

Как прошел первый день? Ну-у-у.

Меня вызвали к директору, я подрался с девчонкой за волейбольный мяч, увиделся со Смертью, узнал, что у меня никогда не будет Символа и наконец получил анафему от Повелителя Богов.

— Первый день прошел замечательно, Тайгер, — с ухмылкой ответил я и пролез в салон машины. — Жду не дождусь второго.

Первые пару минут в машине мы ехали молча.

— Как ты думаешь? — наклонившись в мою сторону, зашептал Элай. — Твои родители будут злиться?

— Ты чего шепчешь? — не понял я. — Тай часть семьи.

— Благодарю, сэр, — раздался вежливый голос с водительского сидения. — Мне приятно это слышать. Но если господин Элайс настаивает, то я могу…

— Все в порядке, Тайгер, спасибо, — поспешно ответил парень. — Я э-э-э, буду говорить нормально.

Побаивается он его все же. Забавно. Может, его рога смущают?

— Так что? Что думаешь? — чуть громче, чем нужно повторил Элай. — Будут злиться?

— Отец — да, но он на меня всегда зол. Насчет мамы не знаю.

Есть у меня подозрение, что та даже одобрит. Она у меня хоть и изображает строгую и очень суровую натуру, на самом деле та еще добрячка.

Помню одну историю, которую мне одним вечером в баре по секрету набормотал Эл. Он в тот вечер изрядно набрался, кажется, его девчонка тогда бросила. А как проспался, пришел ко мне красный как рак и чуть ли на коленях просил никому не рассказывать. А как вы знаете, я человек слова.

Год назад, во время деловой поездки в Рим, моя мама остановила машину и вышла прямо посреди трассы.