Омерта

Это все мелочи, когда внутри меня – адское пламя творится, не меньше.

Иди ко мне птичка, вот так. Я сожгу все твои перышки, испепелю твои крылья.

– Подожди… я должна кое-что сказать тебе, – певица, имени которой я не знаю до сих пор, вдруг твердо упирается руками в мою грудь.

Я пропускаю её слова мимо ушей, вновь проводя ладонью по плоскому животу девушки, опускаясь ниже, нахожу набухшие, готовые к играм и ласкам нижние губки. Раздвигаю их, прикасаясь к чувствительному бугорку между ног, и сам охреневаю от того, как сильно она начинает дрожать и вздыхать от моих пока ещё не сильно затейливых манипуляций. Я не припомню такой реакции у своих последних женщин. Хотя, почти все они были продажные шлюхи, и не факт, что эта не одна из них, просто осмелившаяся пойти по другому сценарию.

Очень эмоциональная мне добыча попалась, что несказанно радует. А я ещё даже не старался. Ощущая пульсацию её клитора пальцем, прижимаюсь лбом ко лбу девушки, болезненно морщась от дикой потребности.

Я выпью из неё все эмоции и заберу все, опустошу, оставлю и брошу, вычеркнув из памяти её образ, и вновь вернусь к рациональному мышлению. Идеальный план.

– Ах, – обессилено выдыхает девушка, откидывая голову назад. Её глаза горят, искрятся, каждый её жест и стон дает мне «зеленый свет» на ещё большее вторжение в личное пространство птички.

Не то, чтобы я нуждался в разрешении и позволении, но есть у меня свои принципы, которых я железно придерживаюсь.

Если Энтони Морте отдаст приказ, я вышибу мозги тому, кто перешел «отцу» дорогу и не моргну глазом, я – чудовище и не достоин ничего, кроме чистилища на земле и попадания в ад после смерти.

Я и есть смерть для многих. Дьявол во плоти.

– Такая чувствительная девочка, – вскользь ласкаю крошечный холмик, не отрываясь глядя на пульсирующую венку на шее девушки. Провожу по ней языком, не в силах сдержать порыв, одержимое желание: вылизывать, касаться, вдыхать, пить, опалять дыханием, кусать, терзать.

С тормозов срывает окончательно. Без предупреждения ввожу в неё средний палец. Не думал, что возможно быть настолько тесной и миниатюрной, но мягкие стенки чертовски сильно сжимают мою плоть, не пропуская глубже. Продолжая большим кружить по клитору, ощущая её сладкую дрожь, принятие и то, как она непроизвольно двигает бедрами, пытаясь словить ещё больший кайф.

Черт, она узкая. Слишком. Сейчас она явно не сможет принять так резко и быстро, как я планировал. Зажимается, боится меня? Или её сладкую малышку давно не трахали? Удивительно, с такой-то внешностью. Наверняка, спрос на эти глазки и сладкое тело огромный, но я с раздражением ловлю себя на мысли о том, что мне неприятно думать о прошлых мужчинах, которые её лапали. Трахали. Бля*дь, да прикасались даже.