Омерта

Посчитал это неуважением к ней? А об уважении к Отцу и своей семье ты не подумал? Ты думаешь, я слепой, Киан?! – с пренебрежением фыркает Энтони, кидая на меня высокомерный взгляд. – Кто она тебе? Жена, любовница? Лишь женщины нашей семьи достойны хорошего обращения и защиты. Она не стоит того, чтобы ты нарушил заповедь и пошел против моего сына. Ты душил его, Киан. Стефан сказал, что ты мог легко его убить. Помнится, на твоем счету есть жертвы, что были убиты голыми руками знаменитым захватом Киана Морте, – меня едва ли не выворачивает, когда я это слышу.

Что?! Уму непостижимо. Это ужасно, отвратительно, мерзко, грустно. Киан Морте лишается всякой человечности в моих глазах, а ангельский нимб спасителя растворяется над его головой за считанные секунды.

– Отец, Стефану уже двадцать девять лет, а он до сих пор не может за себя постоять и чуть что бежит к тебе жаловаться. Если судить по таким поступкам, то даже Вито и Блэс будут куда более адекватными приемниками. Насчет моей защиты в сторону девчонки Ди Карло, напоминаю, Отец, что она нужна нам живой, а не изувеченной. Это все, чем я руководствовался, когда поставил брата на место. Он мог выполнить твой приказ, но не перегибать. Неизвестно до какой степени он бы её изуродовал, не приди я вовремя. Стефан находился в совершенно неадекватном состоянии и получал удовольствие, издеваясь над жертвой. И не стоит преувеличивать мои заслуги, Отец. Я лишил жизни подобным образом лишь однажды, когда ты любезно попросил меня отомстить наркодилеру Вирджинии, – будничным тоном подмечает Киан.

Хочет увидеть истинное отношение сына ко мне.

Но невозможно прочитать мысли того, кто способен ежесекундно контролировать свои эмоции и реакции тела.

– Которая имеет ценность, и ты это знаешь. Как и любой товар, что приносит нам деньги или власть, – равнодушным тоном оспаривает слова дона Киан, и нервно выдыхает, словно ему надоело мусолить одну и ту же тему с этим пытливым и дотошным мафиози, который способен морально втаптывать в пол одними словами. – Вот и всё.

– Верно говоришь, сын, но почему в твоих глазах я читаю о том, что она представляет ценность лично для тебя? – совершает контрольный выстрел неугомонный дон. Легкие сковывает льдом, я чувствую, как их разговор достиг своей кульминации, раскалив атмосферу в лофте до предела.

– Ты ошибаешься, отец, – небрежно поведя плечом, отвечает Киан. Словно лезвием по моему сердцу этими словами прошелся.

Интересно, он говорит это, чтобы защитить меня? Потому что звучат его слова так, словно ему действительно на меня совершенно плевать. И лишь мой наивный мозг придал случившемуся между нами слишком большое значение.

– Уверен? – прищурив веки, сканирует Киана на правду Энтони.

– Да. Абсолютно.