Она под запретом (СИ)

Я жадно поглощаю их каждой клеткой и не могу не гадать, каким будет путь к развязке.

Толчок — моё глухое мычание. Его пальцы проталкиваются мне в рот и трогают зубы. Они чуть солоноватые, на них мой вкус. Странно, но это не вызывает во мне отвращения, а потому я рефлекторно касаюсь шершавой кожи кончиком языка.

Вместе с этим член во мне будто становится ещё напряжённее и больше. Арсений с шумом выдыхает мне в затылок, его бёдра со звонким шлепком впечатываются в мои ягодицы. Меня отрывает от земли и уносит. Я обхватываю его пальцы губами, позволяя им протолкнуться глубже, скольжу по ним языком, облизываю и сосу.

— Так, да… — хрипло повторяет Арсений, погружая мне их рот в такт движениям члена. — Вот так… Так… Соси ещё.

Удвоенное проникновение, его вибрирующие интимные интонации и натяжение внизу живота, достигшее пика, делают своё дело. Я вспыхиваю ярче новогодней петарды и взмываю ввысь, чтобы спустя секунды упасть. Но это случится чуть позже, а пока всё остальное теряет значимость. Со мной остаются ощущения на грани сумасшествия, с которыми ничего не может сравниться.

— С ума сойти… С ума сойти… — в исступлении повторяю я, пока Арсений делает во мне финальные толчки. Пульсация его члена, выбрасывающего сперму, вплетается в мою собственную.

Моя спина мокрая от пота, щека прижата к подушке, тело ватное. Даже если я захочу сейчас уйти, я не смогу этого сделать. Нет сил. Какая же я слабачка. Пообещала себе одно, а сделала прямо противоположное. Я даже обидеться не имею права, если Арсений в своей грубой манере скажет мне уходить. Потому что уважающие себя девушки так себя не ведут. Не приходят в спальни чужих мужчин под предлогом того, что испугались кошмара, а успокоившись, не занимаются с ними сексом.

— Я сейчас уйду, — выдыхаю я, переворачиваясь на бок. Арсений вышел из меня и, судя по звуку, снимает презерватив.

Слышится короткий шлепок, глухое перекатывание матраса, и в следующую секунду меня накрывает мягкостью одеяла, так контрастирующей с тяжестью мужской руки.

Проснуться этим утром — всё равно, что вынырнуть со дна океана. Я даже не помню, когда в последний раз так глубоко и крепко спала.

Потерев глаза, оглядываю обстановку. Тёмные стены, мягкий полумрак, постель тоже тёмная. Я в комнате Арсения. Машинально ощупываю себя: на мне надета футболка, но белья нет.

Электронные часы показывают восемь утра. Арсений всё ещё рядом. Я слышу его дыхание, чувствую тепло его тела за спиной. Ещё один новый опыт для меня: проснуться в чужой постели. И как мне себя вести? Наверное, правильнее и безопаснее будет сбежать в свою комнату. Сейчас самое время. Луиза редко просыпается раньше девяти, а Пётр, привыкший вставать по будильнику, в выходные позволяет себе поспать подольше.