Она под запретом (СИ)

— На выходных какие планы? — спрашивает Радмила, когда мы останавливаемся на крыльце ресторана, чтобы попрощаться. — Можно будет в «Малину» сходить. В субботу там Пластик будет играть. Что скажешь?

Я обещаю подумать и, поцеловав её в щеку, опускаюсь на сиденье подъехавшего такси. Проверяю телефон и кусаю губу от обиды. Ничего.

Придя домой, ещё около получаса я не решаюсь снять одежду. Дурацкая мысль «А вдруг?» не позволяет. Это ведь закон подлости: стоит умыться и переодеться, как обязательно образуются планы. Но даже спустя полчаса ничего не происходит.

«Ты ведёшь себя как зависимая от его внимания дура, — говорю я себе, с остервенением стаскивая платье. — Вспомни, наконец, о достоинстве».

Умывшись, я залезаю в кровать и включаю телевизор. Как же это несправедливо, что Арсений оставил меня в подвешенном состоянии. Сам проявил инициативу, выбив тем самым почву у меня из-под ног, весь вечер был милым, а потом вдруг снова стал собой. Что ему стоит хотя бы написать мне СМС?

Вытянув ноги, я смотрю в потолок. Может быть, он сейчас с Инессой? То, что он поехал не к ней, а проверять фундамент, ни о чём не говорит. Это вчера я, окрылённая ужином и поцелуем, восприняла всё так, как мне хотелось. На деле это не отменяет вероятности, что Арсений крутит нами обеими.

Когда вдруг раздаётся телефонный звонок, я даже подпрыгиваю. Все обвинительные мысли в его адрес моментально покидают голову, заменяясь бешеным сердцебиением. Неужели?

При взгляде на экран я начинаю непонимающе моргать. Это не Арсений. Мне звонит Данил. Жужжание в голове увеличивает громкость, и, чтобы не оглохнуть, я быстро принимаю звонок.

— Аин, привет… — да, это Даня. Его бархатный тембр я не спутаю ни с одним другим. — Не отвлекаю?

— Привет… Нет, — я подтягиваю к себе ноги, принимая позу лотоса, но, передумав, спрыгиваю с кровати. — Что-то случилось?

— Домой с работы еду и решил тебе набрать. Ты на меня ни за что не обиделась?

— Я?! — от неожиданности мой голос взвивается на октаву выше. Обиделась на Даню? Такое сложно представить. — Нет, нет, конечно. Почему ты так решил?

— Значит, привиделось. В Одинцово ты избегала на меня смотреть, а потом от моих услуг таксиста отказалась, — короткий смешок.

В груди становится тепло-тепло. Данилу настолько не всё равно, что я о нём думаю. Кто-то бы и внимания не обратил — подумаешь, отказалась с ним поехать. Но не он.

— А… нет- нет. Не думай ничего такого. Тогда я просто торопилась.

— Ну хорошо. Захотелось прояснить этот момент. Как у тебя дела?

— Нормально. С Радмилой встречалась и сейчас приехала домой. Ты же помнишь мою Раду?

— Помню, конечно, — голос Данила становится насмешливым, и я представляю, как он улыбается. — Весёлая девчонка. Вроде блог какой-то ведёт сейчас.

Разумеется, он помнит.