Опасная помощница

Степан поднялся с борта ванной и принялся быстро раздеваться, отшвыривая одежду в сторону.

Джакузи была настолько большой, что мы легко поместились в ней вдвоём. Степан тут же усадил меня к себе на колени верхом, мы принялись целоваться — страстно, отчаянно. Мы пили друг друга, наслаждались долгим и глубоким поцелуем, а вокруг плескалась тёплая вода и плавали хлопья пены.

Потом Степан спустил воду, сполоснул джакузи и нас обоих из душа. Я смотрела на наши тела на фоне белоснежной ванны, контраст между нашими фигурами впечатлял, мы оба словно являлись воплощением мужского и женского начала.

Степан — с его рельефными мускулами, опутанными вязью татуировок. Такой рослый и плечистый, уже угрожающе возбуждённый, с вздыбленным членом. И я — изящная, тонкая, снова смущённая и тоже переполненная желанием.

Мужчина приподнял меня за локти, заставил повернуться к нему спиной и опереться о край джакузи, а сам навис сзади. Тяжёлая ладонь на пояснице заставила прогнуться. Я стояла на коленях, тяжело дышала, а Степан гладил мою мокрую спину ладонями и поддевал своим раскалённым членом моё набухшее, источающее влагу, естество.

Я скрестила руки на краю ванны и уткнулась в них лбом.

Мои плечи и спину осыпали градом быстрых жарких поцелуев и даже лёгких укусов. Язык скользил вдоль позвоночника, губы собирали влагу с моей кожи — обжигая, заводя до безумия.

— Раздвинь сильнее колени, — сказал Степан, и я едва не кончила только от звука его голоса — низкого, наполненного страстью.

Он продолжал меня ласкать — ладонями, пальцами, языком, губами и напряжённым членом — до тех пор, пока я не взмолилась:

— Степан, пожалуйста, давай же, я не могу больше терпеть!

Тогда он зафиксировал мою талию и качнулся вперёд, входя уверенно, но плавно, и я едва не завыла от пронзившего меня удовольствия.

Это было как разряд тока, как вспышка, как откровение. Степан продвинулся глубже, растягивая меня до предела, а потом замер внутри меня, даря восхитительное ощущение наполненности.

Секундная пауза закончилась — начались движения, одно за другим, всё сильнее и чаще, туда и обратно… Я уже дрожала и всхлипывала, и цеплялась побелевшими пальцами за край ванны.

Меня раздирало от ощущений, я извивалась от безумного огня, который обжигал меня сзади — до белых вспышек под веками.

Степан нагнулся ко мне и накрыл мои руки, прижимая их к борту. Я ощутила спиной его горячий каменный торс. Мужчина всё сильнее бился о меня бёдрами, вырывая из моей груди хриплые стоны. Жар между ног становился невыносимым, распирающее наслаждение нарастало, растягивало, почти рвало на части.