Опасная помощница

— Алиса, подожди! Алиса! — крикнула из конца коридора Олеся, сотрудница бухгалтерии. — Стой!

Она ринулась в мою сторону.

— Извини, сейчас некогда, потом поговорим, — протараторила я и поспешно нырнула в приёмную. И сразу же… угодила в объятия Демидова!

— Вперёд надо смотреть, — обронил босс и покрепче прижал меня к себе. В мою спину впечатались железные ладони. — Здравствуй, малыш…

Его серо-зелёные глаза сияли радостью. Четыре дня назад мы не очень хорошо расстались, но Степан, видимо, уже забыл, что разговаривала я с ним довольно-таки грубо.

Я и сейчас не собиралась с ним любезничать.

Решила, что в офисе, безусловно, буду держать дистанцию — никакой фамильярности с шефом, строго на вы и по имени-отчеству.

А то, что три часа сегодня наряжалась…

Так это я старалась для себя, не для босса! И нечего меня лапать!

— Здравствуйте, Степан Андреевич, — постаралась ответить я как можно более официальным тоном. — Давайте сразу же приступим к работе. Не сомневаюсь, дел у нас накопилось выше крыши.

— Накопилось, — согласился Демидов. — Мне нравится твой энтузиазм, Алиса. Я сам мечтаю войти в рабочий ритм, каждый день простоя очень дорого обходится «Монолиту».

Несмотря на произнесённую речь, босс так и не отпускал меня и к работе приступить не спешил. Прижимал крепко, но бережно — явно старался не давить на мой живот. Мы очень сильно рисковали, в любой момент в приёмную мог кто-то зайти. Сейчас сюда потянутся люди — много-много людей. Сотрудники, руководители подразделений, поставщики, клиенты…

Но было так приятно чувствовать хватку Демидова, ощущать его дыхание… Вчера курьер снова принёс цветы — это был яркий букет из орхидей, я любовалась им весь вечер.

Благодарить не буду, пусть не надеется! Я же просила ничего мне не присылать.

— Степан Андреевич, отпустите меня немедленно! Нас могут увидеть!

Вместо того, чтобы выполнить моё требование, Демидов аккуратно подхватил меня под попу и понёс в свой кабинет. Опустил на пол, захлопнул дверь и снова заключил меня в объятия. Заграбастал всю, принялся целовать — в лоб, висок, щёки, губы…

— Алиска, я так по тебе соскучился… — прерывисто вздохнул босс и уткнулся в мои волосы. — Ты помнишь, как у нас всё было в Дубае?

— Степаа-а-ан, — простонала я.

 — Пожалуйста, отпусти.

— Алиса, Алиса… Девочка моя… А твой малыш… Ты уже чувствуешь, как он шевелится?

Я замерла в объятьях мужчины, перестала дышать. Не могла поверить в то, что услышала.

В одно мгновение меня оставили силы, колени подкосились, стало жарко, душно. Я повисла на руках у Демидова. Сердце грохотало, уши закладывало, воздуха не хватало.

Впервые Степан признал, что этот ребёнок не только его, но и мой тоже! Я здесь не просто так — по недоразумению, по ошибке.