Опасная помощница

Гони изо всех сил!

Внутри рваной ниткой пульса билась одна мысль: я не могу, не могу, не могу потерять моего ребёнка! Это не должно случиться со мной, это невозможно, обидно, недопустимо! Неужели врачи его не спасут?

Степан крепко сжимал мою ладонь, его рука была как спасательный трос, за который я цеплялась, когда снова и снова проваливалась в тёмный омут. Любимый мужчина каждый раз вытаскивал меня обратно, не давал утонуть в этой страшной воронке.

Его голос — низкий, полный боли — тоже поднимал меня наверх из мрачной пропасти и удерживал на плаву:

— Алиса, держись, пожалуйста! Девочка моя чудесная… Ну что же ты, открой глаза, посмотри на меня… Милая, любимая, послушай, я ведь снова жить начал рядом с тобой… Я дышать начал! Ты для меня как воздух.

Алиса! Ты меня вернула к жизни. Я каждое утро еду на работу и улыбаюсь, потому что знаю, что сейчас увижу тебя. А ведь я уже сто лет не улыбался! Малышка моя, солнышко, лисичка… Только держись, прошу тебя, не ускользай… Ты так нужна мне. И мне, и нашему малышу. Ты нам нужна, Алиса! У нас всё будет хорошо. Милая, ты меня слышишь? Алиса!

Я открыла глаза, поморгала… Долго не могла понять, что происходит, куда я попала, что стряслось… В голове было пусто.

Потребовалось сделать усилие, чтобы сфокусировать взгляд — изображение двоилось.

С трудом осмотрелась. Сейчас я находилась в больнице, хотя комната вовсе не выглядела, как палата. Но медицинские приборы в изголовье специальной кровати и капельница на штативе подтверждали этот факт. В сгибе моего локтя торчала игла, прилепленная к коже пластырем.

Справа каменным утёсом громоздился Степан. Он спал, навалившись на край кровати и положив голову на согнутый локоть.

Свободной рукой он сжимал моё запястье и даже во сне не отпускал меня.

Я с нежностью посмотрела на мужчину. Его ресницы подрагивали, возможно, ему снился какой-то сон.

Рассеянно улыбнулась, потому что увидеть рядом Степана было безумно приятно. Но потом… У меня перехватило дыхание, и жуткий страх обрушился на меня ледяной лавиной.

Ребёнок! Что с ним?!

Что с моим малышом?!

Я вспомнила всё — встречу со свекровью в торговом центре, её мерзкие вопли, реанимационный автомобиль, напряжённый взгляд склонившегося надо мной врача…

Если мой малыш погиб… Нет-нет-нет, пожалуйста, только не это!

Тогда я точно сойду с ума! Я успела полюбить его всем сердцем, он был частью меня, моей бусинкой, моим счастьем…

— Степан, — глухо позвала я.

Губы не слушались, к горлу подкатила тошнота. — Степан…

Несмотря на то, что мне и самой почти не было слышно моего голоса, мужчина тут же поднял голову и резко открыл глаза. Они вспыхнули сумасшедшей радостью.

— Алиса… Ты проснулась, как здорово! Врачи тебя подзагрузили, поэтому ты спала.