Опасность

Ощущение было такое острое, что Себастиан едва не достиг высшей степени блаженства.

— Я… никогда… не думала… что это… — задыхаясь, призналась Прюденс, — так хорошо!..

Себастиан заглянул в ее широко раскрытые глаза:

Внезапно его собственное желание отошло на второй план. Самым важным было дать Прюденс впервые ощутить вкус настоящей страсти. Он хотел, чтобы она познала радость истинного блаженства и была благодарна ему за то, что именно он открыл до того неведомую ей сторону жизни женщины. А сам он подождет. Вся ночь впереди.

Себастиан медленно извлек свой палец — в ответ Прюденс невольно сжала ноги, безотчетно прося его задержаться в ней.

Себастиан, улыбнувшись, легонько коснулся ее нежного бутона и затем снова медленно ввел палец.

Прюденс издала невнятный звук — то ли крик, то ли стон. Закрыв ее рот поцелуем, Себастиан продолжил свою ласку.

Вскрикнув еще раз, Прюденс вцепилась в его рубашку. Колени опять сомкнулись, лишив руку свободы действия.

— Милая, расслабься немного. — Себастиан осыпал жгучими поцелуями ее грудь. — Не бойся, раздвинь ноги. Вот так, моя хорошая. Пусти меня в себя. Глубже… еще глубже… — Прюденс на мгновение замерла и медленно раздвинула нежные бедра.

 — Ты такая теплая, — шептал Себастиан. — Я хочу почувствовать тебя там.

Снова и снова ласкал он ее. Наконец ему показалось, что она сможет впустить уже два его пальца. Он принялся медленно вводить их.

Прюденс ответила мгновенно. Тело выгнулось дугой. Рот раскрылся в беззвучном крике, и она отчаянно задрожала. Себастиан почувствовал, как волны страсти сотрясают ее тело, и ощутил такую признательность, какую не испытывал никогда в жизни.

Подняв голову, он вгляделся в лицо Прюденс.

— Как ты хороша! — прошептал он.

Прюденс, расслабившись, прильнула к нему. Она что-то пробормотала, но что — не разобрать. Себастиан улыбнулся и нехотя убрал руку.

Теперь можно позаботиться и о себе. Вдыхая аромат Прюденс, он начал расстегивать бриджи. Желание так переполняло его, что хватило бы нескольких секунд, чтобы достичь неземного блаженства. Черт побери, подумал он, хорошо еще, если он успеет войти в нее.

Раздался приглушенный звон цепочки. Себастиан почувствовал себя так, будто его окатили холодной водой.

Он застыл. Прюденс тоже словно окаменела.

— Призрак, — прошептала она.

— Черт бы его побрал! — Себастиан тряхнул головой, пытаясь прийти в себя. Потеребив застежку, с трудом застегнул бриджи. — Если этот проклятый призрак именно таким образом проводил свое свободное время, когда еще был жив, неудивительно, что кто-то его убил.

Снова звон цепочки. На этот раз ближе, проникая сквозь стены. Из-за двери раздался тихий зловещий шепот:

— Лидия! Лидия! Я пришел за тобой.

— Негодяй! — Себастиан соскочил с постели.