Опасный маршрут

Вспомнилось: «Ходит под народ – штаны в сапоги, а народа чурается».

– Коля, я зайду еще вот в этот дом.

Потапов вылез из машины и пошел к дому Адалии Петровны Гурко, на ходу придумывая повод для оправдания своего визита.

Адалия Петровна во дворе развешивала белье. Увидев вошедшего в калитку Потапова, она решила, что это явился еще один визитер к Окаемову, и решительно вышла ему навстречу.

– Вы к кому? – сердито спросила она.

– Могу я повидать живущего у вас писателя?

– Григория Максимовича?

– С писателями, можно сказать, знакомы все его читатели, – приветливо улыбнулся Потапов.

– Он уехал, – помолчав, недружелюбно произнесла Адалия Петровна.

– А для чего вам знать? Уехал, и всё. – Адалия Петровна демонстративно вернулась к тазу с бельем.

Но именно это ее нежелание сказать, куда уехал писатель, показалось Потапову подозрительным, и он попросил Адалию Петровну пройти в дом.

– Нам нужно поговорить…

Сначала разговор у них не ладился, но постепенно вопросы Потапова и ответы женщины начали прояснять довольно странную историю.

– Итак, его фамилия Окаемов? Григорий Максимович Окаемов? Что-то я такого писателя не знаю. Одну минуточку, простите… – Потапов подошел к окну на улицу и позвал шофера: – Коля, мигом слетай в Союз писателей и пусть по всесоюзному списку проверят, есть ли такой писатель – Окаемов Григорий Максимович? Запиши. Только мигом! И возвращайся сюда… Так, Адалия Петровна. И вы давно его знаете?

– Что он – писатель, я узнала, только когда он теперь ко мне приехал. До войны был инженером-строителем. Он пишет сейчас книгу о моем погибшем на войне сыне.

– Вместе воевали… – Адалия Петровна рассказала всю историю знакомства их семьи с Окаемовым, и как он, воскреснув, появился теперь в ее вдовьем доме.

– Когда он к вам приехал? – спросил Потапов и замер, ожидая ответа.

– В позапрошлое воскресенье, – твердо ответила женщина.

– Утром? Вечером? – быстро спросил Потапов.

– Так… – Потапова от волнения зазнобило.

В это время в окне показался шофер Коля:

– Вот, товарищ майор. Говорят, что такого не было и нет.

– Конечно, нет и не могло быть, – рассеянно сказал Потапов, даже не посмотрев в сторону шофера.

Адалия Петровна еще ничего толком не понимала, но уже чувствовала – случилось что-то тревожное.

– Не волнуйтесь, Адалия Петровна, – успокаивал ее Потапов, сам волновавшийся оттого, что теперь он был почти уверен в беспокоившей его мысли. – Значит, он уехал вчера?

– Да, да… Сказал: «Еду на пару дней в Борск повидать однополчанина». С ним что-нибудь случилось? Или он…

– Успокойтесь. Скажите, когда он жил у вас, он больше бывал дома?

– Да, больше дома сидел. Газеты читал. Писал.

– Никаких своих вещей или бумаг он, конечно, не оставил?

– Даже газеты и те взял с собой.