От заката до рассвета

И тебе не стоило этого делать.

— Ты вроде как тоже на меня внимательно смотрел. И о чем же думал ты, Себ? — я выпускаю дым ему в лицо. При обычных обстоятельствах никогда в жизни бы не сказала ему эти слова. Но сейчас все по-другому.

Себастиан кладёт на стену вторую руку сбоку от моего лица и теперь нависает прямо надо мной, взяв меня в захват. Он сверлит меня злым взглядом своих черных, как смоль, глаз. Между нашими лицами сантиметров 20, не больше. Я начинаю тихо смеяться.

— Неужели ты думал о том же самом?

— Не провоцируй меня, Кнопка. — Со злостью выплевывает.

— Не провоцировать тебя на что? — я снова вскидываю бровь.

— На то, чтобы запретить тебе пить алкоголь, курить и вытворять то, что ты вытворяла на барной стойке.

— Ты не можешь ничего мне запрещать, Себастиан. Ты мне никто.

— И что? Друзья не могут ничего запрещать друг другу.

Себас ложится на меня всем корпусом и зло шепчет в ухо.

— Остановись, Кнопка. Тебя заносит. И чтобы я больше не видел на тебе руки этого придурка Николаса. Вообще, чтобы ничьи руки я на тебе не видел.

Его слова приятно греют и злят одновременно. В итоге последнее берет верх.

— Кажется, ты перепутал меня с Флёр. — Отвечаю ему со всей строгостью, с какой только могу.

— Нет, я ни с кем тебя не перепутал. Тебя невозможно перепутать. Ты одна такая.

Он резко от меня отстраняется, стреляет последним злым взглядом и направляется ко входу в бар. А я так и остаюсь стоять, пытаясь унять бешенное сердце.

Что это сейчас было?

— Сколько у нас еще времени до твоего самолета?

— Сейчас без пятнадцати час ночи. У меня самолет в шесть утра. До аэропорта ехать полчаса. У нас еще где-то три с половиной часа.

Говорю это и понимаю, что меня охватывает тоска.

Совсем скоро мне придется попрощаться с Селестой и лететь в Вену, а потом в Москву.

— Можем сейчас дойти до церкви Сен-Сюльпис. Она была одним из центральных мест действия книги Дэна Брауна «Код да Винчи».

Если бы я еще читал эту книгу…

— Эта церковь не такая знаменитая, как Нотр-Дам, но тем не менее является очень значимым местом в Париже. Сейчас она уже закрыта, но снаружи можем посмотреть ее.

— Хорошо, мне интересно глянуть. Я не видел ее во время своей первой поездки в Париж.

А куда нас тогда вообще учителя водили-то? На Эйфелеву башню, в Лувр, в Нотр-Дам.

И все. По ночам, когда мы с Кристиной сбегали из отеля, гуляли в тех же окрестностях. И тут я понимаю, что вообще ничего не знаю о Париже. Хотя раньше думал, что видел в этом городе все. А оказалось, что ни черта я тут не видел.

Париж мне сейчас открылся с другой стороны. Наверное, со стороны местных жителей. Ведь там на Монмартре закат встречали далеко не туристы. В барах сейчас битком набиты тоже местные жители. Ну а то кладбище — вообще отдельная тема.