Отец подруги. Плюс-минус восемнадцать

Подруга на бизнес-такси, а я на метро. Дома я рухнула на диван.

– Переодевайся, сейчас начнётся йога! – моя соседка была в хорошем настроении.

– Какая йога, я так устала…

– Хатха-йога! Давай-давай, хорошая гибкость сама себя не натренирует, самое оно после долгого рабочего дня.

Она тянула меня за руку, пока я не поднялась. Устало сняла офисную одежду и закинула её в стиральную машинку на щадящий режим, смыла макияж и приготовилась к мучительной йоге, как в дверь позвонили.

– Кого-то ждёшь? – обеспокоенно спросила Оля.

Она зачем-то метнулась в свою комнату, прошептав “стой на месте”. Я посмотрела в глазок.

Он ко мне? Как узнал адрес?

Оля вернулась с пистолетом.

– Откуда у тебя оружие? – удивилась я.

– Агентство оплачивает курсы по стрельбе и оформляет разрешение на ношение каждой эскортессе.

Звонок снова протяжно протренькал.

– Что он тут делает? – спросила Оля, нахмурив брови.

Я потянулась к замку.

– Открывай. Буду неподалёку, – прошептала хозяйка квартиры, в которой я живу, и вышла в кухню.

Я открыла дверь. Марк стоял всё ещё в той одежде, что была на нём в офисе – брюки и рубашка, только вот рукава на рубашке теперь закатаны.

– Добрый вечер, – сказала я, отходя на два шага внутрь.

– Катя, – сказал он утвердительно и протянул мне клатч.

– Спасибо, зачем же вы ехали так далеко, можно было завтра…

– Я здесь по другому делу, – с лёгкой иронией ответил он.

Оля вышла с кухни, сладко улыбаясь.

– Здравствуй, – она протянула ему руку, которую он тут же поцеловал.

Я смотрела на этот спектакль и начинала закипать. По другому делу!

– Надень что-нибудь сексуальное. Мы сегодня вдвоём.

Мне хотелось закатить глаза, хотелось проехаться катком по его самодовольной морде, а напоследок долбануть Олю лицом об эту дверь.

Да хотя бы просто уйти! Но я застыла. Снова застыла не в силах сделать что-либо со своим собственным телом.

– Мне нужно десять минут, можешь подождать в гостинной или пойти в комнату вместе со мной.

Я сглотнула. Наконец, вернув себе способность двигаться. Он подал ей букет цветов. А я ушла. Просто ушла.

Он хотел проучить меня? Унизить?

Ты ничего для него и не значила.

Услышала, как захлопнулась входная дверь. И я осталась одна в своём топике и леггинсах для йоги.

От чего-то слёзы потекли по щекам.

Он же для меня тоже ничего не значит.

Когда мы вошли в мой кабинет после обеда, всё, о чём я думал, то, как разложу её прямо на этом прозрачном столе из эпоксидной смолы. Как войду во все её отверстия. Как выебу до таких стонов, о каких она даже не мечтала.

Прочистил горло и предложил присесть.

Она вписывалась в мой кабинет, как неотъемлемая его часть. Находиться с ней рядом было пыткой. Соблазнительный вырез её пиджака так и манил провести языком между этих сочных небольших грудей.