Пурпурная Лилия, или Сломай меня, если сможешь

Логово работорговцев, клетки с детьми и худенькая девочка с длинными, чёрными как ночь волосами… Она сжимала в руках скрипку, а на неё надвигался верзила с мечом.

Мне хотелось кричать, вырваться их зыбкого кошмара. Вязкого и густого, до боли реального.

Он оживал на глазах, поглощая всё вокруг. Я уже не видела Дамира и Хель, не видела Раскола… Я погрязла в воспоминаниях Тёмной Богини будто в трясине…

— Не бойся тварей, дитя, бойся людей, — с горечью произнесла она, когда мужчина кинулся на малышку, — ни одно чудовище не сравнится с ними в жестокости и коварстве.

Вспышка! Девочка вдруг начала… играть?!

Смычок скользнул по струнам словно клинок, и мужчину отшвырнуло в сторону мощной магической волной. А через миг скрипка вспыхнула жидким золотом и вокруг ребёнка заплясали щупальца Тьмы.

С каждой секундой они становились всё больше, а девочка играла и играла. Закрыв глаза как в трансе, не видя ничего вокруг… Она играла, когда щупальца набросились на её врага, разрывая на куски. Играла, когда в комнату ворвались другие работорговцы и их постигла та же участь.

Она играла, не видя ничего вокруг, высекая из золотых струн Симфонию Смерти, а Тьма плясала языками зачарованного пламени. Сжигая дотла тех, кто посмел причинить вред её Тёмного Богу.

Я вспомнила эту Тьму…

Точно такое же пламя танцевало на поляне Килграха, превращая в пепел орков и вековые деревья.

— Сражайся и побеждай, дитя! — воскликнула Богиня.

Новая вспышка! Кошмар продолжал оживать, наполняясь силой, а я никак не могла понять, где его сердце… Куда нужно ударить, чтобы разрушить проклятую иллюзию?!

Я должна сбежать отсюда, или… стоит рискнуть и задержаться? Ведь в отголосках чужого страха я слышала истину и откровение, которое могло стать ключом к спасению Дамира!

ГЛАВА 11.4

— Убей этих тварей! Убей! — пронзительный крик оглушил, новый кошмар обрушился быстрее, чем я успела что-то предпринять.

Картинка сменилась, я видела всё тот же пугающий подвал, но теперь дети были вне клеток. Они жались в углу, дрожа от страха, и на них наступали работорговцы. Меня на миг парализовало от боли и страха, сердце разрывалось. Я понимала, что не могу изменить прошлое Тёмной Богини, но всё равно выстрелила в ближайшего подонка.

Болт прошёл сквозь него, только морок передёрнуло рябью. Это не сердце… Не он управлял кошмаром.

Не успела я выстрелить вновь, как иллюзия развеялась. Я заметила только отблески белого пламени. Кто-то пришёл на помощь и детей спасли…

— Ты похожа на неё, — вдруг услышала голос Богини.

Тьма рассеялась и передо мной возникла женщина в черном с золотом платье. На её лице была маска из вороновых перьев, а в руках она держала скрипку.

— Похожа на ту, что спасла меня и стала моим светом.