Папа напрокат

Всякие болталки, сети, аккаунты. И ни в одном из них не было ваших совместных фото.

— Ты проверял наши социальные сети? — удивляюсь.

— Не сам. Я в этом не очень хорош, — неохотно признаётся отец. — Но мне помогли. И если я ещё мог понять отсутствие фото у тебя — скрывалась и всё такое, то насчёт Кузнецова такое объяснение было бы просто нелепым. Он активный и общительный. Экстраверт. Да и на других мелочах вы палились, как малые дети.

— Удивлена, что ты ничего не сказал, — говорю ошарашенным тоном. — Я думала, что ты будешь злиться из-за обмана. Боялась открыть правду…

— Злился, конечно, — соглашается папа с усмешкой. — Очень. Но ты уже не маленькая, в угол не поставишь. Да и мужик попался тебе… неплохой. Видно, что заботился о тебе и дочке искренне, с любовью. Несмотря на то, что ребёнок — чужой.

— Я же говорила, что Игорь тебе понравится!

— Я такого не говорил, — тут же начинает отнекиваться отец. — Неплохой. И не говори ему, а то нос свой задёрет…

Разговор с отцом получается мирным и лёгким. Мы давно не болтали с ним так открыто, по душам. Очень давно. Наверное, ещё с тех времён, когда я была намного младше и была жива мама. Но теперь я повзрослела и сама стала мамой. Между мной и отцом могут быть недомолвки и свои секретики. Но если мы говорим открыто и по душам, я не могу не задать интересующий меня вопрос:

— Папа, у тебя появилась женщина?

В ответ раздаётся красноречивое молчание, а потом осторожное:

— Ты терпеть не можешь котов.

— Опять ты про этого кота…

— Не опять, а снова. Дай договорить. Ты терпеть не можешь котов, а тот кот, однозначно, мяукал не где-то там, а очень даже близко. На такие жертвы ты мог пойти только ради близкого тебе человека…

— Шерлок в юбке! — фыркает отец. — Маловато фактов.

— Ах, маловато?! — возмущаюсь. — Хорошо. Вот тебе ещё факты. Мелочи, как ты сам сказал. Не только мы с Игорем прогорели на мелочах, но и ты — тоже. От твоей одежды пахло кондиционером для белья. Когда ты занимался стиркой сам, от одежды пахло порошком и одеколоном. Но никак не кондиционером для белья с цветочным ароматом.

— И наконец, операция боевого товарища! О, это моё любимое. Папа, если бы речь шла про одного из твоих вояк, ты бы в красках расписал, какой прекрасный солдат этот боевой товарищ…. Так что рассказывай всё, как есть. Я права? У тебя появилась женщина.

Повисает долгая, гнетущая тишина. Возможно, отец просто не хочет отвечать на этот вопрос. Но рано или поздно я узнаю правду. Наверное, очень скоро, когда прилечу во Владивосток, чтобы вступить в право наследования. Вот тогда и посмотрим, как я была неправа.

— Что? Я не ослышалась?!

— Нет, ты не ослышалась! — вздыхает отец. — Да, я познакомился с женщиной. Я всегда оставлял ключи соседке, Наде. Ты её знаешь.