Перси Джексон и Лабиринт смерти

Как и говорила Калипсо, уследить за временем на этом острове не было никакой возможности. Я понимал, что мне пора возвращаться. Хотя бы потому, что мои друзья беспокоятся обо мне. Не говоря уж о том, что им может грозить серьезная опасность. Я даже не знал, сумела ли Аннабет выбраться из жерла вулкана. Несколько раз я пытался настроиться мыслями на одну волну с Гроувером, но контакта не получалось. Меня ужасно раздражало, что я не могу узнать, все ли у них в порядке.

Но с другой стороны, все-таки я был еще очень слаб. Больше часа или двух я не мог оставаться на ногах. Что бы я ни сделал там, на горе Сент-Хеленс, это отняло у меня больше сил, чем когда-либо.

Нет, я вовсе не чувствовал себя узником Калипсо. Я отлично помнил отель «Лотос» и казино в Вегасе, где я доигрался до того, что чуть было не позабыл обо всем на свете. Нет, остров Огигия — совсем другое дело. Я постоянно думал о Аннабет, Гроувере, Тайсоне. Точно знал, почему мне надо уходить отсюда. Просто… я как-то не мог решиться на это. А тут еще красота Калипсо.

Она никогда толком не рассказывала мне о себе, и из-за этого меня обуревало любопытство. Я сидел на лугу, потягивал из чаши нектар, пытался думать о цветах, или облаках, или об отражениях, играющих на озерной глади, но что бы я ни делал, я не сводил глаз с Калипсо.

Я смотрел, как она работает, копает землю, забрасывает за спину волосы или сдувает со лба упавшую прядку. Иногда она вытягивала руку, и птицы — попугайчики лори, голуби — слетали с ближайших деревьев и садились к ней на ладонь. Она здоровалась с ними, спрашивала, цело ли их гнездышко, они что-то чирикали в ответ, а потом разлетались. Глаза Калипсо светились счастьем в такие минуты. Она оглядывалась на меня, и мы обменивались улыбкой, которая тут же сменялась на ее лице грустью. И она отворачивалась. Я не понимал, что так тревожит Калипсо.

Однажды вечером мы вместе сидели на пляже и ужинали. Невидимые слуги притащили стол, поставили на него блюда с мясом и кувшин с яблочным сидром. Может, для вас эти слова и не звучат очень уж привлекательно, но это только потому, что вы не пробовали сидра и мяса на острове Огигия. К тому же со дня своего появления здесь я не видел ни одного слуги, но теперь уже привык к тому, что постели каким-то чудесным образом бывают убраны, блюда приготовлены, и очень искусно, а одежда выстирана и сложена чьими-то невидимыми руками.

— Вот опять, — сказал я.

— Опять ты будто убегаешь от меня. Ведешь себя так, словно не разрешаешь себе радоваться.

Калипсо помолчала, не отрывая глаз от чаши с сидром, потом ответила.

— Я ведь говорила тебе, Перси, что я наказана. Ты, может, даже сказал бы — проклята.

— За что? Расскажи мне. Я хочу помочь тебе.

— Не говори так. О, пожалуйста, забудь об этом.

— Я хочу, чтобы ты мне рассказала.