По дороге на Оюту (СИ)

- Совесть имей, ты чувствуешь, как они воняют?!

Выхватив из моих рук носки, Сунир гордо проследовал в санблок и демонстративно бросил их в кучу грязного белья. Сегодня очередь стирать была Ратхара, но он, как и Демьян, никогда не утруждал себя тем, чтобы собирать грязное шмотьё за пределами душевой. Создавалось впечатление, что чистота тут заботит только меня, а другим и так нормально.

Вот эта реакция Сунира сейчас добила меня окончательно.

Я тут бегаю с тряпками и тазами, а им это и не нужно. Я их раздражаю и мешаю своими придирками.

— Так лучше? — поинтересовался миранец.

— Да живите вы, как хотите! — психанула я. — Зарастайте грязью, носите носки, пока они колом не встанут. Я больше палец о палец не ударю. В тягость вам моя забота, так и мне это не нужно теперь.

Развернувшись, я пулей полетела в каюту.

— Малая, — окрик Сунира застал меня уже внутри комнатки. Так обидно за себя мне давно не было. Я ради них руки в кровь стираю. Чтобы они в чистоте, чтобы во всем чистом. А они только носы морщат и отмахиваются от меня. Грязнули. Ну и пусть нюхают свои стоячки.

— Что тут произошло? — вопрос Демьяна показался мне неожиданным.

— Я её обидел, — честно признался Сунир. В его голосе звучало сожаление. Это меня заинтриговало. Сунир вообще был груб и деликатностью не радовал. А тут... неужели ему и, правда, совестно?!

— Как ты её обидел, парень? — вот и Ратхар. Наверное, услышали нашу ругань и поднялись.

— Носки мои нашла, — негромко пробурчал Сунир, — ну откуда я знал, что она обидеться может. Всегда же нормально всё было.

— А ты что носки убрать молча не в состоянии?! — рыкнул Демьян. — Моя девочка вообще за тобой ничего не обязана убирать. Благодарным должен быть. Твоё же тряпьё собирает.

В комнате повисло молчание.

— Да, за мной никто никогда не ухаживал, — очень тихо прошептал Сунир. Мне пришлось ухо к щели прижать, чтобы услышать, что он говорит. — Это офигенно приятно - чувствовать себя нужным и значимым. Мне нравится, что твоя малая ругается со мной за эти тряпки. Я себя частью семьи ощущаю. Ну не подумал я, что ей это в тягость. Я реально не хотел обидеть.

— Ей не в тягость, но благодарность хоть какая-то должна исходить, — Демьян был явно раздражён. — Делай что хочешь, но чтобы через пять минут она улыбалась. Иначе ссориться с тобой буду уже я… по-семейному голову на бок откручу и все дела.

В комнате снова стало тихо. Я услышала шаги. Мужчины явно снова спустились вниз в грузовой отсек. Поджав губы, я не знала, как дальше себя вести. Вроде, как и обиделась, но слова Сунира о семье меня тронули. Если придёт сейчас мириться - прощу не раздумывая.

Он не пришел ни через минуту, ни через пять, ни через десять.

Тишина стала уже угнетать. Чуть приоткрыв дверь, я глянула в кабину и замерла.