Развод. Научусь жить без тебя
— Это твой ребёнок? Моя племянница от тебя рожать собралась?— Мой, — ответил муж, и эти слова прозвучали громом в небе. Это звук разрушенной жизни. Звук рухнувшего для меня мира. — Но, пожалуйста, давай поговорим. Всё не так, как ты… За спиной послышался тихий вздох и звук падающего тела.Я обернулась и увидела, что Юля неловко завалилась набок и потеряла сознание.— Чёрт… — Руслан кинулся её поднимать. Я же тихо ушла, оставив ключи на тумбочке в прихожей. Мне они больше без надобности.А тест для определения беременности с двумя полосками, что я унесла в своей сумке, так и не успев показать ему, Руслан никогда не увидит. Как и ребёнка, который скоро у меня родится.Без него.Страшно в тридцать пять всё потерять, но...Как теперь работать в одном офисе, с ним бок о бок?Я научусь жить без тебя, предатель.
Как тебе такое?
— Уверена?
— Нет, блин, придумываю! Заскучала и от не фиг делать сочиняю всякие небылицы.
— Твою ж.…
Дальше шла непереводимая игра слов на исконно русском диалекте. С раскатистыми эпитетами, сравнениями и колоритной оценкой всей это бесперспективной ситуации.
— И как он отреагировал на твое появление?"
"— Скажем так, не обрадовался. Но если смотреть глобально, то эта встреча в конечном итоге была ему на руку. Он четко обозначил наши перспективы, не тратя время на партизанские игры и окольные пути.
— И чего он хочет?
— А ты ещё не понял? Руслан планирует забрать свою фирму обратно.
— Это ни черта не его фирма! Моя…. наша!
Такие вот маленькие оговорочки, но в них вся суть. Смирнов считал этот бизнес своим, я самоустранилась и была в нем чисто номинально.
— У него другое мнение.
— Пусть идет в задницу со свои мнением.
— Боюсь в том направлении придется идти нам. Он четко обозначил намерения и сроки. Дает нам примерно два с половиной месяца, а дальше все.
Кир снова выругался и принялся мерить кабинет широкими нервными шагами:
— Сволочь! Ещё смеет угрожать.
— Ну, почему же угрожать, — ухмыльнулась я, — он был очень даже вежлив, тактичен и просто обрисовывал перспективы. А ещё сделал щедрое предложение, сказал, что готов выкупить НАШ бизнес просто по баснословной цене.
Я озвучила сумму, Кир снова сказал что-то нецензурное.
— Причем это начальная ставка. С каждой неделей озвученная сумма будет снижаться на десять процентов.
Смирнов полыхал. Кажется, вот-вот и начнет громить кабинет:
— Пусть подавится своими подачками. Ни черта у него не выйдет! Кишка тонка.
— Тем не менее мы уже на грани банкротства. И я уверена, что главные козыри он ещё приберег.
— И что ты предлагаешь? — вспылил Кир, — идти к нему на поклон? Продавать фирму? Или сложить лапки и просто ждать, когда этот стервятник нажрется?
— Нет, Кир. Я просто пытаюсь понять, где мы сделали упущение, — чуть склонив голову на бок я наблюдала за взвинченным мужчиной, — ответь мне на один вопрос.… Я знаю обо всем, что творилось на фирме в последние годы?
Он посмотрел на меня по волчьи:
— На что ты намекаешь?
— Я не намекаю, я спрашиваю напрямую. Ты от меня ничего не утаивал? Не проворачивал за моей спиной сделок? Не заключал договора, о которых мне неизвестно?
— С чего вдруг такие разговоры? Я разве давал повод в себе усомниться?
— Нет, но Рус намекнул, что я что-то упускаю в нашем невеселом раскладе.
Кирилл ядовито рассмеялся:
— Надо же. И ты сразу ему поверила? Не тому, кто все эти годы отстаивал твои интересы, а бывшему муженьку? Тебе напомнить, почему вы расстались? Потому что он врал тебе! Предавал!
— Довольно, Кир. Я это прекрасно помню. И я ни в чём тебя не обвиняю, но, возможно, ты и правда что-то пропустил. Просмотрел зацепки.















