Подсказчик

Об этом нет ни слова в официальных рапортах: для них значимы только голые факты. Но поскольку Горан первым заговорил на эту тему, она осмелилась поведать ему о своих предчувствиях:

— Впервые это случилось со мной во время прочтения официальных результатов медицинской экспертизы. Понимаете, это как фальшивая нота. Мне не удалось удержать ее, и она тут же улетучилась.

В трубке было слышно, как Горан пододвинул к себе стул. Мила тоже села. Затем послышался голос криминолога:

— Попробуем, к примеру, исключить Бермана из этой истории…

— Предположим, что все развивалось по иному сценарию. Скажем, что этот тип появился из ниоткуда и подбросил девочку с отрубленной рукой в багажник Бермана…

— Тогда, чтобы отвести от себя подозрения, Берман обо всем бы нам рассказал, — высказала свое предположение Мила.

— Я так не думаю, — решительно возразил Горан. — Безусловно, Берман был педофилом: этого бы он не смог утаить. Он прекрасно понимал, что ему крышка. Чтобы выйти из этой ситуации и воспрепятствовать раскрытию организации, членом которой он был, Берман решился на самоубийство.

Мила вспомнила про учителя музыки, который поступил точно так же.

— Тогда что же нам делать?

— Снова вернуться к Альберту, этому безликому, расплывчатому образу, который мы придумали изначально.

Мила впервые почувствовала себя полноправной участницей следствия.

Работа в команде была для нее в новинку. И девушку вовсе не смущал тот факт, что в этом деле участвовал доктор Гавила. Несмотря на то что Мила еще плохо его знала, она уже научилась доверять этому человеку.

— Я предполагаю, что и похищение детей, и кладбище рук имеют под собой основание. Абсурдное, но все же основание. А чтобы дать ему объяснение, нам нужно узнать этого человека. Сумев как можно лучше понять его мотивацию, мы сможем вплотную к нему подобраться. Это понятно?

— Да… А если быть точнее, какой в этом деле будет моя роль? — спросила девушка.

Горан заговорил чуть тише, вкладывая в свои слова максимум энергии:

— Он ведь вор, не так ли? Напомни мне обстоятельства всех его преступлений…

Мила открыла блокнот, который прихватила с собой. Горан слышал в трубке шуршание перелистываемых страниц. Девушка стала зачитывать свои записи применительно к каждой жертве:

— Дебби, десять лет. Пропала из школы. Ее исчезновение было замечено только после вечерней переклички.

Горан сделал большой глоток кофе и произнес:

— А теперь давай про вторую…

— Аннеке, десять лет. Поначалу все думали, что она заблудилась в лесу… Третью звали Сабина, она была младше всех — всего семь лет. Похищение произошло в субботу вечером, во время посещения луна-парка.

— Та самая, которую он похитил прямо с карусели, на глазах у родителей. Тогда по тревоге был поднят весь город.