«Погранец». Зеленые фуражки

А вот секретарь райкома типичный болтун оказался. О руководящей роли партии вещал, о величии и провидческом гении великого вождя товарища Сталина. И никакой конкретики. Как будто дел в разрушенном городе мало.

Город разрушен сильно – бомбардировки, артиллерийский огонь, а еще пожары. Деревянных домов в городе множество было. При отступлении немцы организовали большую, из восьмиста человек, команду факельщиков, подожгли дома. Целые улицы сгорели, кварталы. Некому и нечем тушить было.

Поэтому карты, очень точные на 1939 год, не совсем соответствовали действительности. Федор, как прибыл в распоряжение роты, собрал командиров взводов и отделений, раздал карты.

– Изучайте. Кто не сможет перевести названия улиц, обращайтесь ко мне. Буквально вызубрить. С завтрашнего дня рота выходит на патрулирование. Разбейте личный состав на смены – по восемь часов. А сейчас обустраивайтесь.

Мелких хозяйственных дел много, начиная с изготовления пирамиды для оружия и кончая организацией питания. На три дня был получен в батальоне сухой паек. А дальше надо самим думать. Продукты получать со склада НКВД не проблема. Но готовить? С каждого взвода выделили по бойцу.

А еще котлы нужны, кастрюли. Два дня, распределив заставы и задания командирам взводов, Федор мотался по городу, выискивая необходимое.

Но понемногу обживались. С появлением в городе милиции и его бойцов преступлений становилось меньше. Немцы наших уголовников не трогали, воры и убийцы в политику не лезли. А при отступлении фашистов уголовники обнаглели, только сейчас получив отпор. Федор инструктировал своих командиров взводов и отделений.

– Не рискуйте жизнями бойцов! Не подчиняется кто-то или оружие обнаружил, пусть даже нож, сразу стреляйте на поражение. Застали на месте грабежа, кражи, сразу на поражение. Надо очистить город от преступных элементов.

– На то милиция есть, – возразил один из командиров.

– Преступный элемент – база для агентуры, на хазах ихних могут укрываться предатели. Это пособники фашистов, а вовсе не заблудшие овечки. Если вор отобрал у ребенка кусок хлеба, обрекая его на голодное существование или смерть, то чем он лучше фашиста? Твердость, жесткость, беспощадность к врагу!

В первый раз Федор сам выводил бойцов на заставы или пропускные пункты. На месте определялся, где быть КПП. По карте одно, а на месте не всегда так, иной раз приходилось передвигать пост на сотню метров. Каждой точке номер присвоил сам, список раздал командирам взводов, так удобнее распределять наряды. Сам не брезговал с парой бойцов по улицам пройтись. Чтобы грамотно руководить, надо знать обстановку в городе. Быт в Калинине налаживался.