«Погранец». Зеленые фуражки

Заработала почта, 7 января – водопровод, а 5 февраля пустили трамвай, на тот момент единственный общественный транспорт в городе.

Бойцов стало легче доставлять к месту несения службы. На трамвае солдат, как и милиционеров, возили бесплатно. Калинин – город по площади большой. Пешком не находишься, а своего транспорта в роте не было.

Вечером Федор направился проверять посты, взяв с собой двух бойцов. Одному на служебные проверки выходить не положено. В первую очередь из-за соображений безопасности. Пока начальник патруля, будь это офицер или сержант, проверяет документы, солдаты должны наблюдать за проверяемыми. Были случаи, когда нападали внезапно.

Подошли к вокзалу. Место бойкое, постоянно народ толкается. Основное внимание – мужчинам призывного возраста.

Федор на тротуаре рядом с вокзалом остановил военнослужащего. Ефрейтор лет тридцати, с сидором за плечами.

– Военный патруль, проверка документов.

– Как же, понимаю, – улыбнулся ефрейтор. – Пожалуйста.

Ефрейтор предъявил красноармейскую книжку, справку о ранении на нахождении в госпитале, воинское требование на проезд по железной дороге. Федор документы проверил – все в порядке. Уже возвратить хотел, да номер воинской части на справке из госпиталя показался знакомым.

– В Липецке на излечении были?

Федор там сам лечился после контузии и ранения. Посмотрел подпись начальника госпиталя внизу, такая же, как у него была.

– Как там начальник госпиталя?

– Не видел я его. Я рядовой состав, ефрейтор. Какое дело начальству до солдата?

– В каком отделении находился?

– В справке подпись есть, не помню.

Федор сам лежал в хирургии. Начальник отделения лейтенант Петухов, военврач. И два рядовых хирурга. Петухов, как начальник отделения, каждый день обход отделения с военврачами делал. Его в лицо все ранбольные знали, как и по фамилии.

– Когда и куда ранен был?

– В левое бедро, двенадцатого ноября. Могу рубец показать.

– Не надо. Последний вопрос – как выглядел начальник отделения?

– Роста среднего, от сорока.

– Усы по-прежнему носит и трубку курит?

– По-прежнему, – кивнул ефрейтор. Когда Федор расспрашивать дотошно о госпитале стал, бойцы патруля насторожились. Если при проверке документов все в порядке, отпускали сразу.

– Руки вверх подними. Обыскать его, – приказал Федор.

Оружия при ефрейторе не оказалось, если не считать оружием перочинный ножик. И в сидоре при досмотре ничего предосудительного не оказалось. Но Федор точно знал, что ефрейтор в госпитале не был, потому что Петухов усов не носил, не курил вообще и был значительно моложе, чем поведал задержанный.

– Ребята! Да вы что? Мне же на поезд надо! – жалостливым тоном канючил ефрейтор.

Федор пошел впереди, за ним задержанный ефрейтор, сзади двое бойцов с винтовками в руках.