Помещик. Том 1. Сирота

Причем — массово, а не только в разрезе отдельных высших аристократов, учащих своих отпрысков должным образом. Без массовости заказчика никак нельзя…

Знаменитая же польская крестовая школа, судя по всему, оказалась создана в рамках очередного поиска «родины слонов». То есть, родилась она по сути во время псевдо — реконструкции 1980—х годов.

Почему псевдо — реконструкция?

Потому что, судя по всему, такой школы в Новое время не существовало. Даже в XIX веке у Генрика Сенкевича ее не наблюдалось в романах. А уж на что радикальный был патриот Польши. Но так и он описывал вполне обычные и ходовые для тех лет сабельные приемы с опорой, прежде всего, на германскую фехтовальную традицию с элементами османских приемов, вроде нижней кварты.

Однако, факт псевдо — реконструкции ни в коем случае не умалял качества этой крестовой школы. Ведь ее создатели, опираясь на существовавшие в XVI–XIX веках приемы, слепили уникальную, синкретическую боевую школу. И получилось у них очень и очень неплохо. С тем же успехом можно было бы в XXI веке спроектировать броненосец для Цусимы, под технические и технологические возможности эпохи и применяемые тогда тактические приемы. И получилось бы настолько лучше, чем у хроноаборигентов, что и не пересказать. Просто космос. Ведь мир не стоит на месте и непрерывно развивается, даже если отдельным старикам кажется обратное. Но первые такие недовольные возгласы зафиксированы еще в Древнем Египте, на папирусе, дескать, молодежь пошла не та. Что никак не отменяет того, что новые поколения раз за разом продвигали мир вперед. И будущее оставалось за ними. А старики? Они просто ворчали, так как не могли трезво воспринимать изменения «среды обитания» и жили прошлым.

К тому, что занятая Андрейкой стойка оказалась совершенно непривычна и диковинна для всех присутствующих. Тем более, что навык у них имелся только в конной рубке. А там особо финтить или двигаться как — то грамотно не требовалось. Просто подлови момент на сшибке да руби. А потом крутись на коне в свалке и лови свою удачу за хвост, выискивая тех, кто подставил тебе свою спину. Если же и приходилось «помахаться», то из — за конной посадки весь раунд фехтовальный хорошо если сводился к двум — трем — четырем ударам. Потом же они попросту разъезжались и шла процедура «смены кавалеров в танце».

Взгляд отрока не сулил ему ничего хорошего. А его стойка была незнакомой, непонятной и непривычной. Любой же хищник, который сталкивается с тем, что не знает, проявляет осторожность.

Немного помедлив, он попытался нанести удар. Просто шагнул вперед и рубанул. По — кавалерийски. От души. Стараясь рассадить парня.

Парировать такой сильный удар, да еще подкрепленный массой тела супротивника, Андрейка не стал. Опасаясь за саблю.