Помещик. Том 1. Сирота

— Ежели татары пойдут, не заметят? — спросил Устинка.

— А чего нам татары? Ныне, мню, у нас недруги иные. Верно я говорю?

— Верно, — кивнул Андрейка.

— Неужто Агафон гадость какую учинит?

— Агафон? Он спужается связываться. Я ведь Афанасию рассказал про краску. И тот этого жирного борова крепко возьмем за мягкие места. Хотя может и он подгадить да татей каких навести.

— А кого опасаешься?

— Никак я в толк не возьму, отчего отцовы друзья — товарищи меня все зовут в послужильцы. Им что с того?

— Как что? — удивился Егорка. — Ежели ты пойдешь к ним послужильцем, то поместье это тебе не унаследовать. А землица здесь расчищена и годная. Значит, явившись на смотр десятинный можно будет себе ее испросить. Если добро выйти да послужильцев поставить более положенного. Хотя бы на смотр.

— Отчего нельзя? Сговорится можно легко с городовыми казаками[1] или еще кем из иных за полтину дабы выехать на смотр. Так иной раз промышляют.

— А чего иной раз? А чего не всегда?

— Так ежели окладчик[2] уличит в обмане, то накажут строго.

Андрейка помолчал. Устинка с Егоркой тоже ничего сверх говорить не стали. Он ведь прямо чувствовал, что альтруизмом желание помочь старых друзей отца даже и не пахнет. А оно вон что оказалось.

Немного уделив времени рефлексии, наш герой вернулся к делам. Понятное дело — мир суров. И чем тяжелее ситуация, тем больше желающих погреть руки на чужой беде. Но обижаться на это глупо. Нужно просто идти вперед.

Итак — земляка. Почему он решил ее ставить на холме? Потому что землянка, построенная в холме, не затапливается во время дождей и половодья. А заливает местную пойму реки по весне или нет Андрейка не знал. Да и вообще, слышал, что хоббиты себя в таких сооружениях чувствовали куда как комфортно. Вот и сам решил себе такую нору соорудить.

Для начала Андрейка разметил контур будущей землянки и Устинка с Егоркой занялись выкапыванием котлована под нее. Дерн, как и в ситуации с могилой, сняли, прорубив его топором на сегменты. А потом снимали их, подковырнув, и относили в сторону, чтобы использовать в дальнейшем.

Грунт рыхлили той же самой самодельной мотыгой. А вот извлекали разрыхленную землю уже с помощью деревянной лопаты. Наш герой среди прочего приобрел у Агафона парочку таких поделок с оковкой режущей кромки маленьким кусочком металла. Для выемки разрыхленного грунта вполне подходящее.

Сам же Андрейка тем временем поставил вершу, пару ловушек на мелкого зверя и отправился за дровами, пользуясь все той же волокушей. Для чего прихватил с собой нормальный топор, насаженный на длинную ручку. Он еще там, в Туле озаботился тем, чтобы один из двух деловых топоров так оснастить, сделав его, по сути, двуручным.

Его путь лежал к старому дубу, упавшему пару лет назад.