Помнишь, ты сказал, что я никто?..

Оказалось, что она с подружками танцевала в восточном стиле и одежда на них была соответствующая.

Очень сильно захотелось курить. Дамиан неотрывно смотрел на девушку и испытывал жгучую ярость от того, что она в таком виде танцевала перед всеми этими парнями, сидящими в зале и, в тот же момент, он неистово сильно желал, чтобы такой она была только для него и только в спальне Дамиана.

Позже, уже будучи на улице, он достал сигарету и подкурил ее, но, в итоге, затушил сигарету о лицо одного парня, которого после этого избил. Дамиан случайно услышал, как этот старшекурсник хвастался своему другу, как «ту брюнетку в наряде персикового цвета» поимел бы во все дыры, а она бы еще визжала, как сучка и просила бы продолжения.

Начался ливень. Он довольно быстро смысл кровь с ладоней, но не давал покурить. А так невыносимо сильно хотелось.

— Что… что это? — спросила на выдохе, не отрывая взгляда от зубов, которые все так же лежали на полу и были прекрасно видны, несмотря на то, что в комнате царил полумрак.

Дамиан встал из кресла и лениво пошел в мою сторону.  

— Ты… Это из-за тех моих слов? — прошептала, поднимая на парня взгляд. Почему-то стало жутко и по коже побежали мурашки. — Проклятье, — я убрала одну руку от груди и растрепала волосы. — Ты серьезно? Принес мне зубы только из-за той шутки?

Я сделала несколько шагов назад, стараясь сохранить хоть какое-то расстояние между нами.

— Черт возьми, я все больше убеждаюсь в том, что ты действительно ненормальный, — я качнула головой и до боли прикусила губу. Сердце стучало невыносимо быстро и ладони дрогнули. Я не знала, что сказать и как себя вести, но с губ сам по себе сорвался вопрос: — Это его зубы? — после чего качнула головой и уточнила: — Точно зубы моего отца?

— Да. Черт возьми, я сомневаюсь. Папа не тот человек, с которым можно просто так поступить подобным образом.

На это Дамиан ничего не ответил. Достал телефон и, что-то нажав, показал мне фото. На нем мой папа лежал на бетоне. Весь в крови и без зубов.

— Твой отец никто, — слова Дамиана я расслышала плохо. Сейчас вообще не обращала внимания ни на что, кроме фотографии.

Смотрела на нее и не моргала. Пыталась дышать, но лишь безрезультатно хватала воздух губами, а еще ощущала, как дрожь в ладонях усиливалась и сознание начинало плыть.

Во мне не было той кровожадности, которая тянула бы наслаждаться страданиями других, но, смотря на изувеченное лицо моего отца, я чувствовала нечто такое, из-за чего душа трепетала и незримо становилось легче.

Как же я его ненавидела. За то, что в течение всей моей жизни относился ко мне лишь, как к пустому месту и ничтожеству, а так же за то, что сделал со мной. Продал, как какую-то вещь, а до этого сломал. Проклятье, я ведь из-за него даже не смогу иметь детей.