Помнишь, ты сказал, что я никто?..

— Ты слишком высокого мнения о себе, — я зашипела, надеясь, что мой голос показался не жалобным и умоляющим.

Да что же со мной такое? Хотелось накричать на себя и дать сильную пощечину, в надежде, что это поможет отрезвить мысли. Взять сознание и тело под контроль, ведь в это мгновение мне казалось, что Дамиан полностью подчинил меня себе. Лишал силы воли и делал податливой. Послушной.

Вот только, этого нельзя допускать.

Тело уже сейчас неумолимо нашептывало, чтобы я расслабилась, ведь все это было пусть и непривычно, а так же губительно остро, но, в тот же момент, чертовски приятно. Вот только, если позволю Дамиану зайти дальше, перестану уважать себя. Да и это понесет за собой столько проблем.

— Моя реакция это только рефлекс, — прошептала, сквозь плотно стиснутые зубы и опять с силой впилась ногтями в плечи парня. — Просто я вспоминаю, как меня так же касался Рубен. Его руки… — я громко простонала и с силой дернулась, так как в этот момент Дамиан, оскалившись, сильнее пальцами надавил на мое лоно и, большим пальцем раздвигая складки, половиной фаланги вошел внутрь меня.

— Замолчи, Мила, — он прорычал. В серых глазах ярость. — Не говори о нем.

— Не могу, — жалобно прошептала, от того, что внизу живота все полыхнуло. Я ощущала себя, как на острие ножа, что лишь усиливало все ощущения. Казалось, что я сейчас играла с очень опасным огнем, но останавливаться не собиралась, иначе это означало бы, что я окончательно сдалась Дамиану: — Я люблю Рубена и не могу не думать и не говорить о нем. Я хочу, чтобы ты это понимал.

Оскал парня стал сильнее, а глаза какими-то безумными. Мне даже показалось, что я перегнула палку, хоть и, вроде, не сказала ничего такого. Просто хотела, чтобы Дамиан считал, что не было смысла продолжать все это, так как у меня в голове все равно другой мужчина. Разве будет приятно парню иметь девушку, зная, что она в этот момент думает о другом? Я предполагала, что нет и на это собиралась давить. Еще и пыталась хоть как-то оправдать реакцию своего тела.

— Ты трогаешь меня, а я могу думать только про Рубена. У нас так же пару раз было в душе…

— Закрой рот, шлюха, — слова резкие. Очень жесткие. Его массивная ладонь вплелась в мои мокрые волосы и сжала их такой силой, что я, не выдержав, болезненно зашипела, а он наклонился и своими одуревшими глазами посмотрел в мои.

— Я не шлюха. У меня был только один мужчина и я его любою.

Дамиан сильнее сжал мои волосы и в уголках глаз начало покалывать от выступивших слез. Странно, но лицо парня не выражало ни одной эмоции. Оно будто бы стало каменным и лишь глаза полыхали чем-то жутким.