Попаданец 2.0

Я уже вроде рассказывал о бунте цветных повязок, так вот, катализатором восстания и дальнейшей смены династии, а также становлению современной Серентийской монархии послужили расположенные в её столице, Селуне, Магическая и Военная академии. Они сместили старую династию, марионеток Островной Империи и, надо сказать, к удивлению моих сородичей, построили нечто вменяемое…

Гуэнь кивнул своим мыслям и продолжил:

– …во всяком случае, жизнь в Серентии куда лучше, нежели у нас в Царстве Мико…

– Царстве Мико? – переспросил я.

Зацепившись за знакомое слово, воображение нарисовало классическую девушку-служительницу из японского синтоистского храма, в белой рубахе с широкими рукавами и ярко-красных хакама.

Много девушек. Много-много девушек с эльфийскими ушами, во главе с самой главной, напялившей на голову шапку Мономаха. Я потряс головой, отгоняя видение, и, чтобы эльф не заметил моей улыбки, отвернулся, вроде бы как заинтересовавшись проносящейся мимо обочиной.

– Так теперь называется моя страна, – тяжело вздохнул Гуэнь, явно бывший поклонником давно почившей империи.

 – На понятный тебе язык, «мико» переводится как «кусочек луны».

– Понятно. Так что там эта Умбрия?

– А в Умбрии своих академий не нашлось. Да и откуда им там взяться, строили-то их мы в Селуне и для себя, это уже потом люди почти вытеснили наших криворуких дармоедов. В любом случае эта страна так и осталась под влиянием Империи Островов вплоть до того момента, как островитяне сами развалились, не выдержав конкуренции с Серентией и Землёй Знаний. Иноземцы были совершенно не заинтересованы в развитии нашей бывшей северной провинции и… в общем, ничего хорошего умбрийцев не ждало.

Их рассматривали как сдерживающий фактор для развития соседних государств, насаждали ненависть к детям Эльматэрацу, а серентийцы так и вовсе были объявлены источником всех бед.

Эльф тяжело вздохнул и на несколько минут умолк, а затем, когда я уже начал думать, что разговор завершен, внезапно продолжил:

– Когда заморское влияние ослабло, Великое княжество наводнили эмиссары из Святой Земли. Быстренько нашлись недовольные. Князя посадили на кол, затем сожгли, а то, что осталось, повесили на главной площади.

Ну а затем бунтари объявили о создании этой самой «республики». Во главе встал кнесс, которого раз в два года выбирает народный сход, вот только «народу» в том сборище и нет вовсе. Богачи, тати, да потомки бунтовщиков – наследственные «сходцы».

– Тати… в смысле «тать»? Преступник? – уточнил я, в который раз вспоминая науку деда Тараса. – Или в этом мире у этого слова есть какое-то другое значение?

– Они, конечно, бандиты, – задумчиво ответил эльф.