Попаданец 2.0

– Красота… – услышал я его голос, забираясь на козлы.

Он что-то ещё говорил, но так тихо, что я его уже не слышал. К тому же мне пришлось подвинуться, так как к нам из фургона пулей вылетела пунцовая, тяжело дышащая и встревоженно оглядывающаяся на клапан баронесса. Ещё не усевшись, она резко повернулась, чуть не сбив залезающего на своё место Гуэня и, зло распахнув ткань, заглянула внутрь фургона.

– Урод! Маньяк! Извращенец! Два извращенца! – прокричала она. – Знать вас больше не желаю! А тебя, Бруно, велю запороть. Кобель ты этакий!

Выпалив всё это, девушка уселась нормально и, прикрыв лицо руками, разрыдалась, прильнув к моему плечу всем телом, а затем и вовсе упав ко мне на колени.

Эльф, усмехнувшись, закатил глаза и хлестнул поводьями, направляя гобика в зев Отца Тоннелей. Я же не разделял его веселья, потому как девушка не только елозила своей грудью по моему бедру, но и излишне агрессивно прижалась щекой к причинному месту. Это, вкупе с явно театральными рыданиями, навело меня на невесёлые мысли о перевозбудившейся молодёжи, распалённой созерцанием творений античных дворфов-затейников. Что было крайне неудобно для меня, уже достаточно давно лишённого женского внимания.

Я, как говорится, не ханжа, но и мирок здесь – не Земля двадцать первого века. Возможно, в другой ситуации я бы вёл себя иначе, да и баронесса была в общем-то хороша собой. Не в моём вкусе, но и не крокодил, которого пригласить на рюмочку чаю с продолжением можно, лишь надев пакет ей на голову. Вот только не в нашей нынешней компании. Да и вряд ли вроде как невинная девушка-провинциалка этого времени вообще в состоянии понять подобные отношения.

Это потом, после замужества с каким-нибудь графёнышем, года этак через три-четыре, она, как и положено маститой даме, обрастёт любовниками и фаворитами. Станет прожженной матроной с критическим взглядом на жизнь и неистребимым цинизмом. А сейчас это мечтающая о большой и чистой любви дурёха, не сумевшая совладать с гормонами, разыгравшимися от каменной порнографии. События последних дней, похоже, сорвали ей все моральные установки. А липнет она ко мне в первую очередь потому, что в её глазах я не только аристократ, но и «альфа» в местной компании, шпыняющий остальных мужиков направо и налево.

Но надо помнить, что я тоже не железный. И если она продолжит издеваться надо мной подобным образом, что я могу и не выдержать. Утащу эту Муху-цокотуху в дальний уголок, а там хоть трава не расти. Если меня потом когда-нибудь поймают, то, конечно же, казнят, так как в этом мире я человек без роду и племени и уж тем более не представитель высшего общества.