Повешенный (СИ)

Но вспыхнувшей вражде между отцом и сыном не дали разгореться… И в этот раз аристократия показала себя с лучшей стороны, встав на сторону царя. Но попытки вернуть Церкви былое величие и власть не прекратились и после смерти Филарета.

Шли годы, русское царство постепенно вернулось к нормальной жизни. После Михаила Романова на трон взошел его сын — Алексей Михайлович по прозвищу Тишайший. И в нем аристократия увидела шанс избежать своего обязательства дать вольную крестьянам. Путем интриг юного неопытного царя, обладавшего к тому же мягким характером, уговорили созвать Земский собор, который издал Соборное уложение. И этот новый свод законов окончательно закрепил крепостное право, лишив крестьян последней надежды на свободу.

«А чем мы хуже?» — подумали церковники. И после посвящения в патриархи митрополита новгородского Никона, Церковь возобновила свое преследование язычников. А вот никакого раскола Церкви при Никоне, к моему большому удивлению, не случилось. Видимо патриарху просто некогда было заниматься церковными реформами типа обновления религиозных книг и ритуалов. Вся его энергия была направлена исключительно на устранение «конкурентов» из языческой среды. А чтобы царь и аристократия не вмешивались в религиозные дела, Никон втравил их в долгосрочные военные авантюры под предлогом освобождения исконных русских земель от поляков и защиты православного населения от католичества. Благо бояре и дворяне даже раненые, быстро выздоравливали благодаря «дару» и снова возвращались в строй…

На этом интересном месте, заскрипела дверь, и в проеме показалась голова встревоженного Прохора.

— Ваши благородия, начальство приехало. Петр Михайлович, пожалуйте в свою камеру, не губите меня!

Весь следующий день меня никто не беспокоит и прошение о помиловании подписать больше не уговаривает. По словам Прохора, в крепости царит суета, и начальству сильно не до нас. Вчера бывшим заговорщикам, наконец-то объявили приговор, и сейчас бедняг срочно отправляли на каторгу в Сибирь, выполняя приказ императора — поспеть до Масленицы.

Похоже царь торопится побыстрее разделаться с последствиями заговора, чтобы забыть его, как страшный сон. Впереди Николая ждет коронация, так что к лету от заговорщиков в столице и духу не должно остаться. Что ж… подозреваю, и с нами долго валандаться не будут — в ближайшие дни и до нас с Петром руки дойдут.

А пока я валяюсь на койке, отсыпаюсь и от нечего делать, перебираю в голове рассказанное Южинским. Странным человеком был все-таки Павел Стоцкий… Дела семьи расстроены, а он ввязался в сомнительный заговор. Пиры для друзей закатывал, любовниц содержал и жил на всю катушку.