Повешенный (СИ)

— Это полковник Белевский — шепнул мне Петя — Ведь узнал нас. Но даже не поздоровался!

— Привыкай. Теперь так будет всегда.

— Более чем. Считай у меня дар предвидения открылся

— Что ты! — Южинский даже испугался — Такого быть не может. Поговаривают, что только в императорской семье могут прозревать будущее. И то неточно.

Я решил пошутить над Петей. Повернулся к нему, слегка закатил глаза. Благо на нас не обращали особого внимания — солдаты выталкивали карету, жандарм болтал со всадником.

— Вижу — могильным голосом начал я — Жены наших сосланных в Сибирь друзей отправятся вслед за своими мужьями. Не убоятся тягот и лишений!

— Все?? С детьми? — Южинский наморщил лоб — Я слышал, что осудили к ссылке больше ста человек

— Да нет, конечно — я подмигнул другу — Десяток, другой. Какие жены у холостых и вдовцов…

Точно количество «декабристок» я не помнил, сказал наобум. Но даже это произвело впечатление на Петю. Он начал загибать пальцы, шевеля губами. Явно считал и перебирал самых порядочных и любящих из списка.

— Ну Мария Волконская точно — выдал Южинский — Ее мать в военном походе князя сопровождала. Родила от него семерых детей. Хорошо дочь воспитала. Поедет. Потом Александра Григорьевна. У них большая любовь с Муравьевым. Она и в царю в ноги кидалась, просила за мужа.

Петя еще перечислял какие-то фамилии, а я думал о русских женщинах. Коня на скаку, горящая изба… Да что же за судьба такая постоянно преодолевать, да выживать? Детей роди, да еще половина умрет, дом на себе тащи, в поле работай… Нет, дворянкам то полегче, конечно, но точно не в Сибири. Туда просто доехать — та еще задача.

Я посмотрел вдаль. Где-то там, в полях, за перелесками в белом облаке мне почудилось лицо жены. Супруга мне что-то шептала, покачивая головой. Схожу с ума?

— Поль, что с тобой? — Петя перестал перебирать будущих декабристок, заглянул мне в лицо — Ты весь побледнел

— Петя, ты веришь в жизнь после смерти?

— Церковь велит верить. Да и у язычников есть загробный мир. Души туда по радуге идут. А почему ты спрашиваешь?

— А вот я теперь и не знаю во что верить. Для чего нам там, на эшафоте дали второй шанс?

Южинский пожал плечами.

— Думаю, будет какой-то знак. Главное его не пропустить.

Знак? Точно. Без высших сил тут не обошлось. Мне будет знак, что делать дальше.

Тем временем, полковнику Белевскому явно надоело ждать и трепаться, он спрыгнул в снег, передал поводья поручику. Подошел к передней карете, молча схватил ее за запятки. И вот тут я увидел действие дара, что называется, воочию. Я почувствовал какую-то легкую дрожь в воздухе, которая отозвалась у меня в груди. Полковник приподнял полозья и, поднатужившись, начал толкать карету вперед.