Повешенный (СИ)

Так, говорят и погиб где-то в первую же зиму…

Только разве в деньгах тогда дело было? Прояви столичный офицер должное уважение к губернским помещикам, Василий Николаевич и сам бы подарил ему приглянувшуюся селянку. Но только не после того, как тот с надменной усмешкой поносил заведенные старые порядки и позорил почтенное уездное общество. Хочешь свободы для крепостных? Ну, так и отпусти своих — кто ж тебе не дает? И потом живи в нищете на смешное офицерское жалованье.

Так было заведено испокон веков, еще славными предками, подписавшими Тройственный Договор. И при Тишайшем — царе Алексее Михайловиче — в особом Уложении власть дворян над крестьянами была закреплена. Ему ли — Бахметьеву из рода столбовых дворян, этого не знать? Пробовал потом один глупый царь поменять заведенный в России порядок вещей, но дворяне ему быстро объяснили — так делать не надо. Власть российского государя всецело основана на преданности дворян, а их благополучие — на владении крепостными крестьянами. Вот в чем вся глубинная суть Тройственного Договора. А что его подправили потом немного — так это для всеобщей пользы.

Ишь, взяли моду на галлийские порядки кивать! Да, видел Василий Николаевич эту Францию — срамота одна! И законы в ней паршивые. Хотел себе пару галлийских крестьянских семей в поместье прикупить, да куда там! «Торговля людьми — это варварство!» — так и сказали ему, еще и рассмеялись прямо в лицо. За одно это он дома приказал бы запороть наглеца до смерти, не посмотрев на то, чей он холоп. Ничего, потом бы договорились с хозяином, и убыток он возместил бы. И любой российский суд Бахметьева бы поддержал, потому, что холоп должен знать свое место и жить в повиновении.

…А девку эту офицер тогда обрюхатил. Вскоре выяснилось, что она в тягости. Пришлось выдать ее замуж в самую дальнюю деревню, с глаз долой. А теперь вот, рассматривая ее дочь, Бахметьев вдруг ясно вспомнил черты лица того погибшего офицера. Сходство было налицо, проглядывала в девчонке отцовская порода. Что не говори, а у одаренных особая стать, особенно в тех семьях, что давно живут с даром. И детям их, даже рожденным от крестьянок, родительская порода частично передается. А сколько еще таких неучтенных потомков живет по окрестным деревням, чьи отцы-дворяне даже не догадываются о их существовании…?

Жена бондаря, видимо поняв, что барин ее признал, поползла на коленях к его ногам и уткнулась лбом в сапоги Бахметьева

— Батюшка-благодетель, не губи дочек, Христом богом прошу! Дети ведь, совсем еще, глупые, неразумные! Пощади…

— Пошла вон, дура — оттолкнул он ее сапогом — Моя милость теперь от твоего мужа зависит. Сделает все, как надо — пощажу. Его проси спасти дочек.