Право на счастье (СИ)

В отличие от фрейлин, Алиссин радостно улыбнулась, мгновенно угадав в звере единственного верного друга.

— Анраш! — королева опустилась на колени и обняла зверя, — Анраш, ты вернулся… А это что?

Ошейник на волке выглядел более чем несуразно, но осматривая кожаное творение руки неизвестного мастера, Алиссин обнаружила пришитый к внутренней стороне мешочек. Вынув кинжал, королева стремительно вскрыла его и в ее белоснежную ручку упала маленькая бутылочка с мутным содержимым, а следом сложенное в миниатюрный конверт послание. Королева вчиталась в ровные строки на маленьком листке бумаги, и отчаяние сменилось надеждой.

— Катарина, — с восторженной улыбкой произнесла королева, — маленькая отважная Катарина, ты все же добилась желаемого.

Еще месяц назад Алиссин получила сведения о том, что ее агентурная сеть раскрыта, а противоядие достать не удалось. И все это время прекрасная королева Шарратаса тщетно, теряя надежду, искала иные способы получить спасение своей жизни… И вот противоядие в ее руках. Алиссин сжала ладонь, и на мгновение закрыла глаза… Жизнь, ее жизнь вновь принадлежала только ей и надежды на будущее обрели крылья.

Бывшая принцесса Лассрана поднялась, гордо взглянула на королевский дворец, и в ее торжествующей улыбке отразилось все ее отношение к Шарратасу, который отныне, без сомнений принадлежал только ей.

— Дариан, ты сдохнешь, — едва слышно прошептала готовая мстить королева.

Хассиян был доволен и счастлив — двор воспринял его вторую супругу с пониманием, народ с ликованием. Да и невозможно было не полюбить эту хрупкую девушку с огромными карими и такими добрыми глазами, особенно если учесть, что наряд для церемонии был выбран с умыслом.

— Дева Ортанона, — шептался народ, — она святая.

— Наследница Ортанона, — поговаривали придворные, — очень выгодный политический брак.

Анеро, глядя на ухмылку императора, не менее довольно произнес:

— Осталось лишь подарить короне наследника.

— С этим пока сложности, но мы решим и эту проблему, — Ян погладил сидящего у его ног Харана.

Чуть нахмурившись, Анеро все же имел наглость спросить:

— В чем же возникли трудности?

— В принципах нашей пресвятой Девы Ортанонской, — Ян отложил вино, которое налил себе сам. Впрочем, это вино он всегда наливал себе сам — оно было особым.

Император и его доверенный советник сидели в личном кабинете правителя Ратасса и торжествовали. Накануне на высочайшем уровне прошло представление второй супруги герцогини тае Дартан как двору, так и народу. Затем был торжественный обед, после бал и роскошнейший фейерверк. Катарина была безупречна — мила, элегантна, сдержанная и прекрасна.