Престидижитатор Сталина

То есть как уговаривал: сообщил им, что берет их с собой новый завод ставить — и этим ограничился. А чего рассусоливать-то: крепостной — он крепостной и есть. Я же отправил с ним в Забайкалье еще две сотни молодцев — там же и жилье какое-то выстроить придется, и инфраструктуру наладить. Ну а с мужиками — четырех «управляющих» из бывших прапорщиков.

Причем молодцев я отправил без семей: сказал, что пусть сначала жилье выстроят, а там и семьи приедут. Потому что было у меня смутное подозрение, что в этом Нерченском Заводе избытка гостиниц не ожидается…

Но занимался я не только металлургией, пришлось удариться и в машиностроение.

Потому что чугуний — это, конечно, хорошо, но сам по себе он всего лишь черный металл. Из которого можно сделать много чего полезного — но лишь при наличии подходящих станков. Поэтому маленький заводик в Павловке теперь работал круглосуточно, и каждую неделю из ворот заводика выкатывалась новенькая паровая машина. Прямоточный сорокасильник, который ставился отнюдь не на одни лишь паровозы. То есть на паровозы ставилось по две таких машины, но я планировал паровозов делать по три-четыре штуки в год — это чтобы с запасом паровозов у меня было. А в основном эти прямоточники крутили насосы или станки. На которых много чего делалось.

Заводом теперь управлял Ванька, родной брат мелкой заразы и старший сын Авдотьи. За прошедшее время я парня поднатаскал, так что он теперь не просто у станка стоять мог, но и разработать что-то механическое умел. Например, он смог прямоточник облегчить на пару центнеров, сам (правда, после моей подсказки) придумал и воплотил шнековый погрузчик топлива в топку парового котла, ну а чуть позже совместно со мной придумал и разработал еще одну очень нужную Алёне машину.

Наталия Филипповна примерно через год сидения в новом доме в деревне «передумала» и попросила переселить её в Одоев. И там поселилась в доме через улицу от нашего — а когда у нас родилась дочка, она всячески бросилась помогать Алёне. Ну, мелочи всякие — типа постирать или сготовить — все же дворовые девки исполняли, а Сорокина — она Алёну учила всякому. Как себя вести в «обществе», или как крестьян заставить прокормить себя и не только себя.

После того, как и наш сын уже своими ногами пошел, Алёна решила всерьез заняться вопросами сельского хозяйства, ведь кормить нам требовалось уже под тридцать тысяч человек. Однако кормить для этого еще и десяток тысяч лошадей ей категорически не хотелось — и мы с Ванькой придумали трактор. Паровой и гусеничный.

Котел на тракторе (как и на паровозах моих, и на фабричных машинах) был водотрубный, а точнее паротрубный.