Притворись моей любовью

Массивная мебель из морёного дуба, обитые тёмно-зелёным атласом диваны и кресла, тяжёлые портьеры, мелочи на столиках и стеллажах, чёрные литиги из Хаоса, с длинными шипами и ядовитыми сухими зонтиками, в высоких фарфоровых вазах по углам — всё на месте, всё так, как я и оставил. По широкой парадной лестнице из тёмного дерева, с резными перилами в виде черепов разных рас, мимо огромного витража, единственного яркого пятна во всём замке, поднялся в кабинет.

Хотя кабинетом его называть сложно, ему больше подходит хранилище. Не сосчитать, сколько дней и ночей я провёл здесь в одиночестве собирая, изучая, дополняя свою драгоценную коллекцию.

Протянул руку к полкам. Защитное поле, огораживающее бесценные образцы, слабо тренькнуло, считало мою ауру и исчезло. Я пробежался пальцами по знакомым до боли корешкам, не смог удержаться и достал несколько книг.

Провёл ладонью по гладкому дереву письменного стола, с удовольствием сел в кресло, потянул носом воздух, пропитанный знакомыми запахами.

Коснулся первой книги, потрёпанной, практически рассыпавшейся, с переплётом из кожи рыжерицы и выжженным названием «Аронгль» — по-староорочьи «жизнь».

Правдами и неправдами мне удалось достать эту единственную, чудом дошедшую до наших дней рукопись. Даже имени автора не сохранилось. Известно только, что это был орк по прозвищу Бешеный Огурец и жил он более пяти веков назад. Этот самый Бешеный Огурец кое-как овладел грамотой и решил записывать свои бесчисленные приключения, перемежая их легендами орков о сотворении мира, богах и героях. Бесценная книга!

Руки сами потянулись за второй. «Драйг'с Дефортай» — «Драконьи ритуалы».

Вся в бархате, золоте, камнях — другого драконы не признают. Эта книга больше трёхсот лет хранилась в императорском дворце Идригаса, но век назад была украдена вором-грифоном. Такого оскорбления драконы снести не могли. Вора выследили, во время захвата убили, но книги при нём не нашли. Драконы долго искали её, но не преуспели. Редчайший и самый полный сборник драконьих ритуалов бесследно пропал. Пока не всплыл тридцать шесть лет назад на полулегальном рынке, где я на неё и наткнулся.

Книгу продавала человеческая женщина вместе с кучей разного барахла.

Уверяла, что её всю жизнь хранила её прапра- какая-то бабка как память о любовнике-грифоне, который отдал ей эту книгу и обещал жениться, а вместо этого обрюхатил и исчез. Все были уверены, что та прапрабабка просто повелась на сладкие речи грифона, настоящего ловеласа, и книга, хоть и дорогая, всего лишь насмешка над наивной дурёхой, подарившей свою девичью честь пройдохе. Прапрабабка, охотно рассказывала женщина, до самой смерти ревностно берегла подарок грифона.