Притворись моей любовью

Я дал им выбор: стать моими вечными рабами в только что отстроенном замке или подохнуть в диких землях. Кто хотел, ушёл со мной, а остальные... Какая разница, что с ними стало. У них был шанс.

— Хатх, прикажи принести мне перекусить. И передай Килсу, чтоб собрал мою одежду, немного, но на все случаи жизни. И пусть обязательно положит голубой костюм.

«Вдруг опять эту Галгалею придётся хоронить».

— Всё будет исполнено, мой господин. Да хранят вас земные духи!

Совсем скоро я уже мчался обратно в Академию. Можно было бы, как в старые добрые времена, прекрасно провести остаток ночи в обществе выпивки и сговорчивых девиц, падких на деньги, но вместо этого кинул вещи в гостиной и, пока не рассвело, быстро полетел к ближайшим горам.

«Твари как раз сонные в это время. Легче справиться».

Вторники начинались с практики у первокурсников. Но что с них взять? Ещё ничего не умеют. Поэтому я отправил их бегать по спортплощадке, а сам в это время спал на скамейке. С четвёртым курсом было поинтереснее. Предыдущая практика не прошла зря, и застать их врасплох так просто уже не удавалось. А уж когда мы поменялись ролями — я защищался, они атаковали — студенты разошлись не на шутку.

Перед блоком с лекциями удачно пообедал в столовой: услышал из чужих разговоров, что для развоплощения ожившей Галгалеи пригласили специалиста в этих вопросах — экзорциста из СОРа, некоего Мэйлина.

«Надо бы вести себя потише, не хватало ещё внимание СОРа привлечь».

Пока обеденный перерыв не закончился, заглянул в ректорскую приёмную. Под видом изучения Устава Академии долго сидел там, чем очень нервировал фейри Аллет, и наблюдал исподтишка за этим Мэйлином и сделал вывод, что ему самому нужен специалист, психиатр, например.

Лекции прошли ужасно скучно, но зато после них явился, как и было велено, Гордиан Андертон. На мои занятия он не ходил, ректор разрешил ему свободное посещение, так как Андертон носитель уникального дара — магии крови, редкой могущественной силы, позволяющей управлять чужой кровью и обращать её против своего же носителя. В идеале Гордиану нужна бы индивидуальная программа, но, видимо, в Академии такая возможность не предусматривалась.

Андертон неспешно зашёл в аудиторию, подтянутый, аккуратно причёсанный, в костюме с иголочки.

«По такому щёголю наверняка все студентки Академии сохнут. Даже дурной характер вряд ли отпугивает».

— Ваше предложение в силе, господин Доментиан? Я сдаю зачёт и свободен до конца года и от лекций, и от практик?

С минуту я смотрел, как студент устраивается за столом, достаёт листы бумаги и ручки.

— Я к каждому заклинанию чёрной магии подобрал аналог магии крови. Ректор и предыдущие преподаватели были мной чрезвычайно довольны. Программу второго курса я освоил ещё в том году.