Притворись моей любовью

Это выучка верного слуги или здесь так часто появляются женщины, что он уже не считает нужным обращать внимания?

Другие женщины. Они наверняка были в прошлом Доментиана. Накатила волна обиды, злости, зависти к тем другим: они были в его жизни, а я нет. Даже представить не могла, что ревность так больно жжëт.

Доментиан покосился на меня, наклонил голову, словно раздумывая, и мимолëтно улыбнулся.

— Это госпожа Лайон. Она останется в замке. Сделай так, Хатх, чтобы её пребывание здесь было приятным. Относись к госпоже как к хозяйке.

Такие слова мне польстили: вряд ли каждую гостью тут считали за хозяйку. Я улыбнулась Доментиану, игнорируя боль в разбитых губах.

— Добро пожаловать, госпожа Лайон. Я — Хатх, управляющий, к вашим услугам.

Теперь гоблин поклонился и мне.

— Прикажи подать ужин, подобрать одежду и приготовить спальню, — продолжал распоряжаться Доментиан.

Спаль-ню? В единственном числе. То есть мы останемся вдвоём. В спальне…

Я, наверное, покраснела так, как никогда в жизни, потому что щёки немилосердно запылали. Оставалось только надеяться, что темнота и синяки скрывают этот факт от Доментиана. Он что-то ещё говорил Хатху, но я не вслушивалась, могла думать только о том, что может случиться в спальне.

Отпустив Хатха, Доментиан приобнял меня за плечи и повёл куда-то. Сердце суматошно заколотилось. Захотелось прижать руки к груди и убедиться, что оно не выскочит.

Мы же вместе. Всё правильно. Или неправильно? А как же свадьба? Но я согласна. Или нет. Нет, я боюсь и не согласна. У меня вид неподходящий. Я ему не понравлюсь! Я его разочарую, и он перестанет меня любить. Или не перестанет? Он сказал, что мы связаны.

— Прекрати, — Дометиан чуть сжал мои плечи. — Неужели до сих пор боишься меня?

Ой… Он же чувствует мои эмоции! Я даже зажмурилась от досады. И как я могла забыть. Спасибо, что мысли не читает.

Доментиан остановился у широкой двустворчатой двери, открыл передо мной и жестом пригласил внутрь.

— Ты в безопасности. Не стоит бояться, — сказал он, когда я зашла. — Скоро тебе принесут лекарства и новую одежду, а потом мы поужинаем. Моя спальня напротив, если понадоблюсь.

Доментиан закрыл дверь и ушёл. Я прислушалась, в коридоре хлопнула дверь, и всё стихло. Что, и правда ушёл? Не придёт больше? Он перехотел пускать меня в свою спальню? Мне самой надо идти к нему? Или не надо? А может Доментиан предполагал отвести меня к себе, но почувствовал мой страх и передумал? Или он вообще не собирался оставаться со мной наедине. Вдруг я ему уже не интересна. И это его «моя спальня напротив, если понадоблюсь» — простая вежливость или намëк?

Я плюхнулась на большую мягкую кровать и со стоном обхватила голову руками. Как всё сложно! Я запуталась!

Взгляд уткнулся в мои ободранные о камни голые ноги, исцарапанные руки.